— Наверняка, приходилось и конфликты разбирать? — спрашиваю я Евдокию Фёдоровну.
— Конечно, однажды даже лук делила, — смеётся собеседница. — Дед с бабкой не поделили урожай, вот и позвали меня. Я просто разрешила их спор — разложила вязанки поровну и тому и другому.
Деревня Соловьёво — обычная, дома, как и полагается, по обе стороны от дороги. Палисадники с намечающимися первоцветами. А солнечное апрельское утро придаёт особенный уют всей улице.
Мне навстречу, не спеша, идёт пожилая женщина, приветливо улыбается. Это теперь она ходит степенно, осторожно. А было время — ветром летала по деревням, и конечно, чаще пешком. Евдокия Ряхова двадцать лет была бессменным председателем Должинского сельсовета. Но, вспоминая долгую жизнь, она всякий раз возвращается сначала к рассказам мамы и бабушки о той поре, которую сама не помнит по причине младенчества – Евдокия из поколения детей войны...
Чудотворная икона
В июле 41-го, во время наступления немецко-фашистских войск, двухлетняя Дуся сидела у мамы на руках. Они и другие сельчане в спешке пересекали поле. Тяжёлый гул в небе возвестил о появлении вражеского самолёта. Началась бомбёжка.
— Один из осколков ранил меня в руку, — рассказывает Евдокия Фёдоровна, — мы неделю пробыли в лесу. Я плакала от боли, мама вернулась в деревню. Так мы оказались под оккупацией.
Через какое-то время немцы для острастки вывели маму и бабушку вместе с другими жителями за деревню на расстрел, якобы, за связь с партизанами. Стрелять не стали, объявили, что отправят в Германию.
— Бабушка закутала меня в полушубок, а немец меня выхватил и швырнул в снег: «Вон твоего щенка!». Стариков с малыми детьми тогда опустили домой. Дважды мы были под смертью. Наверное, помогли мамины и бабушкины молитвы. Бабушка, когда немцы угоняли её в лагерь, взяла с собой в дорогу икону Страстной Чудотворной иконы Божьей Матери (её называют Одигитрией или Путеводительницей). Во время бомбежки, уверяла бабушка, икона спасла ей жизнь.
— Вот смотри, видишь, на образе дырочки от осколков? — показывает хозяйка.
Схватывала всё на лету
После войны Евдокия окончила семь классов в Соловьёвской школе. Потом устроилась на работу в колхоз имени Васькина. Сначала разнорабочей, позже звеньевой в льноводческой бригаде.
Бойкую, самостоятельную девушку заметил председатель колхоза Александр Капралов и предложил возглавить сельский клуб. Работая, она заочно получила профессию библиотекаря. Через пять лет, в 1978 году, Евдокию Ряхову избрали председателем сельсовета. Новая должность требовала соответствующего образования, Евдокия поступила в Ленинградскую высшую партийную школу.
— Предметов много было, — вспоминает она студенчество. — История партии, политэкономия и марксистско-ленинская философия входили в государственные экзамены. Я схватывала всё на лету.
— Что за наука такая — политэкономия? – удивляюсь я.
— Мы изучали экономические законы, полностью «Капитал» Карла Маркса. У меня сохранились конспекты, сейчас листаю и удивляюсь: надо же, ночами напролёт корпели, а в работе это не пригодилось... Время было такое.
Фотоэкскурсия по жизни
В конце 70-х годов территория Должинского сельсовета охватывала шестнадцать деревень, где жили и работали около тысячи человек. Проблемы были практически «вечные»: пытались хоть как-то улучшить дороги, следили за работой сельских магазинов, школ, медпунктов и отделений связи, — сельсовет отвечал за всю социальную сферу.
— Что главное для председателя сельсовета, главы поселения?
— Справедливость, — не задумываясь, отвечает она, — во мне это обострённое качество. Я всегда старалась работать и жить по справедливости и требовала этого от других.
— Наверняка приходилось и конфликты разбирать?
— Конечно, однажды даже лук делила.
— Луг? В смысле — поле? — уточняю я.
— Нет, вязанки лука, — смеётся собеседница. — Дед с бабкой не поделили урожай, вот и позвали меня. Я разложила вязанки поровну и ему, и ей. А вообще, люди обращались по разным вопросам. Изгородь не там поставят — ко мне, межа занята чужая — снова разногласия.
А сколько нам приходилось обращаться к населению! В каждый дом шли, просили то шерсть, то картофель, яйца, молоко. Каждому сельсовету был выставлен план по закупкам сельхозпродукции, — вспоминает она. — Всё собирали и сдавали в магазин. Однажды грузим мешки, я тоже ношу, а заведующая магазином мне говорит: «Не пристало с высшим образованием мешки-то таскать!» А я стыдилась стоять, когда другие работают.
Бывало до чего с девчонками доходим по деревням, уже и ночь на дворе. Оставались ночевать, хорошо люди пускали. Как-то раз, в такую ночевку, у нас двести пятьдесят килограммов картофеля украли. Я в растерянности, где искать? Как возвращать? Тогда сельчане меня выручили, спасли от суда, пришли к нам и говорят: «Евдокия Фёдоровна, ты раздели недостающие килограммы на нас всех, пусть как будто мы меньше сдали». Я так и сделала.
В 1991 году председатели сельсоветов стали называться главами поселений. В должности главы Евдокия Ряхова работала семь лет.
Евдокия Фёдоровна перебирает фотографии:
— Вот митинг провожу на братском захоронении, — показывает она снимок. На нём стройная женщина среди школьников и ветеранов. Всё в её облике просто, от строгой прически до делового костюма.
— Вот наше братство, только не помню, какой это год, — протягивает мне небольшой снимок и начинает перечислять, — это всё главы: Александра Неупокоева, Володя Корныльев, Саша Васильев, Татьяна Родина...
— Что самое важное в общении с людьми, как вы считаете?
— Уметь выслушать, понять и, конечно, помочь, удовлетворить просьбу или разобраться в ситуации. Ведь вся наша работа основывалась на общении с сельчанами. Глава обязана знать, что происходит в каждой деревне.
— Смотри, вот мои давние друзья, — улыбается она, — пёс Верный и кот Барсик, когда-то у меня жили. А ту собаку, что ты видела во дворе, я подобрала на улице. Не могла пройти мимо брошенного щенка, принесла домой. Очень люблю животных.
— А это дорога за околицей, место очень красивое, я любила сюда ходить. Знаешь, мне очень дорог наш край, тут мои корни, здесь родились и жили мои деды и прадеды. Помнишь, как в песне поётся: «Тут всё — моё, и мы отсюда родом — и васильки, и я, и тополя».
Ольга МИХАЙЛОВА
Фото из личного архива Евдокии Ряховой
