Сегодня вся наша огромная страна отмечает День памяти и скорби — начало Великой Отечественной войны. Далеко не всё рассказано о судьбах людей, переживших эти страшные годы. Пожалуй, историям этим не будет конца. Одну из них нам поведала жительница Демянска Маргарита Павловна КНЯЗЕВА.
Про бабушку Ефросинью
Когда грянула война с фашистами, жительнице деревни Маркóво (сейчас это территория Ильиногорской сельской администрации) Ефросинье Филипповне АНДРЕЕВОЙ было уже 62 года. Пятеро сыновей ушли на фронт, кто-то эвакуировался. Было у бабушки Ефросиньи десять детей. Так вот трое из её дочерей погнали скот в Скребель, а назад вернуться уже не смогли: передний край фронта проходил у деревни Федьково. В семье остались только бабушка, дедушка, её невестка и младший сын.
Немцы в деревню пришли не сразу, только в августе. И тут надо сказать, что накануне войны, в 1940‑м, был собран очень богатый урожай зерна. И каждое утро бабушка пекла хлеб. Наши красноармейцы, выходившие из окружения, часто находили кратковременный приют и помощь в семье Андреевых. И в один из таких дней сидели за столом вместе с семьёй два наших солдата. Конечно, их переодели по-деревенски. Но на ногах у них остались ботинки с солдатскими обмотками.
В это самое время, откуда ни возьмись, явились два немца описывать скот. Конечно, заметили они ботинки с обмотками, но сделали вид, что ничего не видят. Было-то их всего двое. Вот и испугались: поди знай, сколько солдат приютила семья.
Трагедия случилась на следующее утро. Явились в Марково эсэсовцы. Выстроили жителей, как на расстрел. А потом завалили шестидесятидвухлетнюю Ефросинью Филипповну на скамейку, выломали берёзовую палку и от всей души всыпали ей 20 ударов.
Как доползла до дому, бабушка Ефросинья не помнит. Две недели не вставала, лежала на животе.
— С тех пор я не помню, чтобы бабушка разгибалась. Так и осталась до самой смерти с согнутой спиной, — рассказывает Маргарита Павловна.
Потом была в Маркове, как и везде в нашем районе, фашистская оккупация. А в декабре 1943‑го, когда началось отступление, погнали немцы в Германию мирное население. В том числе мужа и младшего сына Ефросиньи Филипповны. Где-то в Латвии подросток сбежал и вернулся в родную деревню. А дедушка работал на помещика и, как потом передали знакомые, заболел дизентерией и умер на чужбине. На войне два сына погибли, трое вернулись домой.
Про Кемерово
Теперь наша история поворачивается в другое русло. В то время, когда в деревне Марково фашисты устроили экзекуцию бабушке Ефросинье, семья Маргариты Павловны Князевой была далеко от этих мест. Отец ушёл на фронт, был комиссаром. А поскольку не только Павел Князев, но и жена его Екатерина были коммунистами, семью эвакуировали.
Екатерина Герасимовна Князева с двумя дочерьми — двухлетней Ритой и месячной (!) Галей отправились вглубь страны и оказались в Кемерове.
— Какие люди были! Отзывчивые, бескорыстные, — продолжает свой рассказ Маргарита Павловна. — Приютила нас женщина, уроженка деревни Плещеево. Помню, что звали её тётя Маруся. Так и жили все в однокомнатной квартире.
Мать тогда не работала, ведь Галочка была совсем малышкой. Получала паёк по иждивенческой карточке. Было ли тяжело? Конечно! Но когда трудности преодолеваешь вместе, и на душе светлее, да и жить полегче...
Про комиссара Князева
Это, пожалуй, самая героическая и самая печальная часть рассказа.
Отец Маргариты Павловны, не щадя себя, сражался на фронте. Был ранен, но затем снова вернулся в строй. В одном из писем он сетовал, что его, видимо, из-за ранения, держат в штабе. А он хочет бить врага, освобождая от него свою родную землю.
В архиве Маргариты Павловны сохранилось семнадцать фронтовых писем от отца. Почти все они написаны простым карандашом. Каждое пронизано любовью к жене и дочкам, каждое говорит о ненависти к врагу и его готовности биться с фашистской нечистью до победного конца. Они уже завещаны нашему краеведческому музею, а потому память о храбром и мужественном комиссаре Павле Князеве будет сохранена навсегда. Впрочем, она уже сохранена в Книге Памяти, также, как и о других наших земляках.
Последнее письмо семья получила в июне 1942 года. «Мы сейчас освобождаем нашу станцию. Сама понимаешь, какую», — писал комиссар своей жене Екатерине Герасимовне.
А 22 июня 1942 года Павел Князев геройски погиб в боях у станции Лычково. Так близко от родного дома..., так далеко от семьи...
Постскриптум
В августе 1945 года Екатерина Герасимовна Князева вместе с двумя уже подросшими дочерьми вернулась из эвакуации в Демянск.
— Хорошо помню, как ехали в теплушках. Хорошо помню и то, что нашу квартиру разбомбили. Находилась она в своё время на углу улиц 1 Мая и Володарского. Потом на этом месте был так называемый «шоп», а теперь торгуют автозапчастями, — улыбается Маргарита Павловна.
Но тогда дело было не в этом. В посёлок вернулись, а жить негде... Куда деваться? Отправились к бабушке Ефросинье Филипповне в Марково.
К тому времени невестка отделилась, взяла себе корову. А нам осталась нетель. Так и жили: без мужчин (а мужская помощь, ох, как была нужна!), без молока. Хлеб с мякиной Маргарита Павловна помнит до сих пор.
Однако выжили, выучились, всё преодолели...
Но память о Великой Отечественной, о лишениях, о героизме, о Победе в сердце живёт до сих пор.
Наталия МАКЕЕВА
Фото Александра ШПИЛЁВА и из архива
Маргариты Павловны Князевой
