Третий год подряд сольчанка Ольга Александровна Крысанова участвует в проекте Центра комплексного обслуживания населения по передаче опыта людьми зрелого возраста школьникам во время летних каникул.
В этом году экспериментальная площадка под названием «Бабушки и внуки» превратилась в летний оздоровительный лагерь «Жизнь прекрасна!» Посещают его дети из многодетных семей, семей, находящихся в трудной жизненной ситуации. А в роли наставников, помимо педагогов центра, выступают и несколько активных пенсионерок. Одна из них — Ольга Крысанова.
Этой женщине выпала нелёгкая судьба. Она пережила военные годы в совсем юном возрасте, рано узнала, что такое потеря близких людей, холод, голод и безнадежная нищета.
Семья Макаровых (её девичья фамилия) проживала до войны в добротном доме № 105 по Советскому проспекту. Сейчас на этом месте расположены жилые дома напротив школы № 1. Мама являлась партийным работником, а папа работал трактористом.
— Кроме меня у родителей было шесть мальчиков, — рассказала она, — я — шестая по счёту.
Война внесла жестокие коррективы в мирную, счастливую жизнь этой дружной семьи. Отца, Макарова Александра Михайловича, и старшего брата, Михаила Александровича, в июне 1941 года забрали на фронт. Они до сих пор числятся в списке «пропавших без вести». Даже современные интернет-возможности пока не принесли результата в этом длительном поиске.
Партийные связи помогли маме Ольги организовать эвакуацию её большой семьи в город Вельск Архангельской области. С ними отправились папина сестра и 90‑летний дедушка. Путь был не близким и очень тяжёлым — уже в начале эвакуации Макаровы попали под бомбёжку и остались без своих пожиток, в том числе документов (их восстанавливали в Вельске) и семейного фотоархива.
— Мы приехали в Вельск практические босые, — продолжает пенсионерка, — поселили нас там в длинную узкую комнатушку, помню, как за печкой на стене с одной стороны висели хорошие вещи, «на выход», с другой — рабочая одежда. Поскольку мама, тётя и один из братьев, Борис (на тот момент самый старший из детей), целыми днями работали, с детьми «нянчился» дедушка. Он, в общем-то, и вырастил нас, я до сих пор ему за это благодарна. Дедушка в Вельске и умер.
Мама и тётя Ольги работали по хозяйственной части, а подросток Борис был рабочим на военном заводе, он потом получил статус участника войны благодаря труду в оборонной промышленности.
Большой семье в то время помог выжить дополнительный паёк. Назначен он был неожиданно. Мама, страшно переживающая за мужа и старших сыновей, отправляла в разные инстанции письма с просьбой прислать весточку о фронтовой судьбе родных. Она написала даже члену Военного Совета Ленинградского фронта Андрею Жданову. И от него пришёл ответ: «О местонахождении Вашего мужа сообщить не можем по причине секретности, так как он проходит службу в истребительном батальоне». Не исключено, что отец Ольги за короткий срок дослужился до офицера, поскольку паёк получали тогда, в основном, семьи офицерского состава.
Как только была прорвана блокада Ленинграда, Макаровы тут же отправились домой, в Сольцы. Так быстро возвратиться из эвакуации удавалось не многим, но снова сыграли свою роль партийные связи мамы, она во что бы то ни стало стремилась на родину в надежде выяснить хоть какую-то информацию о своих фронтовиках. Часть пути преодолели в одном из переполненных людьми эшелонов, пассажиры располагались и в тамбурах, и даже на крышах вагонов.
— Наш город в 1944 году мы увидели полностью разрушенным, — продолжает Ольга Александровна, — куда ни посмотришь — сплошные руины. Но уже тогда люди понемногу начали разбирать завалы, очищать дороги, ремонтировать дома и строить новые. Нам сначала дали небольшое помещение в подвале дома, где сейчас находится магазин детских товаров, спали мы на топчанах из досок. Хочу сказать, что в Вельске было тяжело, но по крайней мере семья не умирала от голода и холода. А вот в Сольцах после возвращения нас подстерегали суровые испытания. Не было еды, элементарных условий для жизни. В общем, трудно сказать, как мы пережили тот период. В подвалах многих домов, разрушенных и целых, часто обнаруживали боеприпасы — мины, снаряды, фугасы. Многие дети и подростки тогда погибали или получали увечья из-за шалостей со взрывчатыми веществами и предметами.
Но с течением времени понемногу жизнь в городе и районе налаживалась. Маме и тёте удалось найти работу в гостинице, тогда она, по-моему, называлась «Дом крестьянина». Мама была и заведующей там, и рабочей одновременно. А располагался Дом крестьянина в двухэтажном здании, где сейчас прокуратура района. К нему позже, в 70‑х годах, пристроили остальную часть гостиницы.
До сих пор со слезами на глазах вспоминает пенсионерка чудесное возвращение с войны одного из своих старших братьев, Александра. Чудесное, потому что семья незадолго до этого получила на него похоронку. Он приехал, когда домочадцы спали. И тихо с порога их жалкой комнатки начал перечислять имена братьев и сестры. Мама, не веря своим глазам, бережно его обнимала, целовала и вдруг спросила: «Сыночек, а куда же ты ручку свою дел?» (руку потерял в результате боя) и тихо заплакала.
Впоследствии мама Ольги Александровны трудилась на солецком льнозаводе на должности бригадира в цехе короткого волокна вплоть до выхода на пенсию. Имела множество различных наград и поощрений, была уважаемой в городе женщиной.
Ольга окончила солецкую семилетку с трудом, и не из-за плохих отметок, а потому что ей попросту одеть-обуть было нечего. Одной парой обуви пользовались несколько человек. После школы она отправилась в Ленинград, прошла фабрично-заводское обучение при Адмиралтейском судостроительном заводе. Получила специальность «электросварщик». На мой вопрос о выборе профессии (далеко не женской!) Ольга Александровна пояснила, что в то время сварщиками становились в основном женщины, мужчин-то после войны осталось мало. Курс, на котором она обучалась, состоял из 30 девушек. В 1955 году сольчанка приступила к работе.
— С Ленинградом у меня связаны самые лучшие воспоминания, — продолжает она, — я после учёбы попала в хорошую бригаду, мне выпала честь участвовать в закладке первой секции будущего атомного ледокола «Ленин», мы проводили сварочные работы на «фундаменте» конструкции этого огромного судна.
Успешно начавшуюся трудовую деятельность девушке пришлось прервать. В Сольцах трагически погиб её младший 17‑летний брат, являвшийся поддержкой для пожилой мамы. Ольга взяла на себя обязанности по уходу за матерью, в особо тяжёлые периоды ей даже приходилось на время бросать работу. А трудилась она на трикотажной фабрике, затем полтора десятилетия работала почтальоном, обслуживала вокзальный микрорайон. За добросовестный труд ей вручили правительственную грамоту. А перед выходом на заслуженный отдых она несколько лет являлась техническим работником финансового отдела администрации района. С гордостью рассказывает, что до сих пор коллектив отдела во главе со Светланой Степановой не только помнит о ней, но и приезжает домой, поздравляет с разными датами.
К сожалению, супруг Ольги Александровны ушёл из жизни совсем молодым, но она нашла своё счастье в дочери, Наталье Владимировне, много лет работающей ветеринарным врачом в колхозе «Россия», и внучке Виктории, студентке новгородского колледжа, мечтающей стать психологом.
Проживает пенсионерка на одной из самых тихих и красивых улиц города — Загородной, в небольшом домике с участком. Несмотря на то, что ей уже «перевалило» на девятый десяток, по-прежнему усердно трудится на огороде — ухаживает за грядками и картофельным полем. Очень довольна соседями, которые в её отсутствие приглядывают за домом и участком (незваные гости здесь тоже периодически появляются).
— Бывали случаи, когда Саша Котов, Толкуновы очень меня выручали в этом плане, — говорит она. — А ещё ко мне часто в гости приходит соседка-приятельница Безносикова Вера Семёновна, обсуждаем житейские дела, проблемы.
Раньше Ольга Александровна очень любила произведения русских классиков — Лермонтова, Некрасова, Пушкина. И сейчас может наизусть прочитать отрывки из «Руслана и Людмилы», «Бородино». Это её увлечение пригодилось во время пребывания в лагере «Бабушки и внуки», где она делится с ребятишками и жизненной мудростью, и своими литературными познаниями.
— Моя жизнь, конечно, была не сахар, — отмечает она, — но я нисколько не жалею, что вернулась из Ленинграда в Сольцы. Ведь это моя родина. Я очень люблю город, сольчан. Единственное, что до сих пор не даёт мне покоя — то, что я даже не помню, как выглядел мой папа. Очень завидую «детям войны», у кого хотя бы есть фотографии своих погибших отцов. И надеюсь, что когда-то данные о нём всё же будут обнаружены. А ещё желаю нынешним детям и последующим поколениям никогда не столкнуться с ужасами войны.
Сергей ОВЧИННИКОВ
Фото автора
