В 37-м году прошлого века по семье жительницы деревни Большой Городок Нины Никитичны Рюхиной прошёл безжалостный каток репрессий.
— По словам мамы, отца забрали в сентябре 37-го. Причина была одна — дед не хотел вступать в колхоз, а поскольку ему было за 80, — что взять со старика? — за него ответил сын.
Наша семья жила в Белгородской области, росло трое детей, я, четвёртая, родилась в декабре 1937 года. Нас раскулачили, хотя добра-то особо и не было. Небольшой дом отобрали. Мама оказалась с нами на улице. Затем перебрались в чулан. Как мы размещались там впятером, тем более я была грудным ребёнком, одному Богу известно. Всё пережили — и голод, и войну. Мама вспоминала: когда везли кормовую свеклу, добрые люди скидывали её, а дети ходили вдоль дороги и собирали. Она вернётся с работы, из ботвы похлёбку сварит, а корнеплоды намоет, нарежет колечками — для нас это было лучшее лакомство.
Как бы ни было трудно, она никогда ни на что не жаловалась, была очень терпеливой, сильной, трудолюбивой.
И ещё одно воспоминание врезалось в память. Мы жили бедно. Старший брат поступил в педагогическое училище, обуви не было. На переменах его однокурсники весело выбегали из учебных кабинетов, а он стеснялся — на ногах были галоши, привязанные верёвочками.
Я любила петь. Бывало, отправляясь в школу, просила маму послушать любимую «Широка страна моя родная». Особенно нравились слова «где так вольно дышит человек», тогда я и не задумывалась об их смысле. Только потом поняла, ведь папу забрали без причины... В 1953-м, когда не стало Сталина, его реабилитировали. В этом же году я поступила в сельскохозяйственный техникум. Была мечта стать агрономом, профессия в те времена считалась востребованной и престижной. Училась отлично, очень хотелось быть грамотным специалистом.
После окончания учёбы можно было остаться работать в родном колхозе. Но молодость — удивительная пора. Захотелось романтики. Я даже от родственников скрыла, что получила приглашение на работу на своей малой родине. И мы, три из 17 выпускников, приехали на Новгородчину. В областном управлении сельского хозяйства меня направили в Любытинский район, — рассказывает Нина Никитична.
С 1958 года судьба этой великой труженицы связана с нашим краем.
Первым местом работы стала Любытинская МТС. А затем долгие годы она работала агрономом колхоза с громким названием «Красное знамя». Поначалу в нём было всего три бригады, но менялась политика партии, коллективные хозяйства укрупнялись.
— Разные времена пришлось пережить. Случалось, по полгода зарплату не получали. Потом стали добывать красную глину, а это «живые» деньги. Председатель колхоза Сергей Александрович Молчанов был замечательным руководителем. Душой болел и за дело, и за людей. Надо коровушку в личном хозяйстве поменять, дрова привезти, огород вспахать — с любым вопросом шли к нему, зная, что всегда поможет.
Затем я перешла на работу в плановый отдел райисполкома. А до выхода на заслуженный отдых трудилась в Любытинском сельском совете. В те времена это был центр жизни села. Мы решали все вопросы на месте. Отлично знали каждого человека, проживающего на территории, а она была — глазом не окинуть, — продолжает разговор моя собеседница.
Сейчас Нине Никитичне — 80. Она живёт в уютном гостеприимном доме. Интересуется событиями, происходящими в мире, читает книги. «Каждый день смотрю телевизор и молю Бога — только бы не было войны», — говорит она, и на глаза набегает слеза.
Нина Никитична из тех, кто с первого знакомства как магнит притягивает к себе людей; с ней мы говорили долго и обо всём. Она любит жизнь и с радостью встречает каждый новый день.
Лариса ПЛАТОНОВА
Фото автора
