Продолжение, начало в № 36
Старый деревянный храм по клировым ведомостям (документ о службе лиц духовного сословия – Ред.) существовал с 1762 года. По своим небольшим размерам и внешнему виду он не соответствовал росту прихода и села, возникла потребность в обширном и благолепном храме. Начало его постройки положено было пожертвованием одного из прихожан – крестьянина деревни Радомье Семёна Сергеева, оставившего перед смертью на это дело капитал в 12 тысяч рублей. Кроме того, с упразднением старого полотна Николаевской дороги 7 апреля 1889 года Высочайше пожертвованы были на постройку храма материалы из остатков веребьенского железнодорожного моста и каменной трубы, давшие гранит для фундамента и кирпич. Но этого было слишком мало для храма, стоившего не менее 70 тысяч рублей.
Трудное дело возведения храма осуществилось лишь благодаря заботам и неистощимой энергии местного настоятеля священника Петра Васильевича Ильинского, неутомимо ходатайствовавшего о нуждах своей церкви перед разными ведомствами и привлекавшего благотворителей. И вырос во всем великолепии храм, которым мог полюбоваться каждый проезжающий по железной дороге. Расположен он был около самого полотна, на возвышенном месте, далеко виден, особенно подъезжавшим к селу со стороны Москвы. На высоком гранитном фундаменте возвышалась главная часть, пятиглавая, высотою с крестом 49 сажен, к линии железной дороги выходила колокольня высотою в 20 сажен. По внешнему виду храм похож был скорее на городской, чем на сельский, красива и колокольня, построенная в русском стиле XVII века. План храма составил архитектор Николаевского вокзала в Петербурге Соболевский. Средний алтарь был освящён в память Преображения Господня, так что древнейший главный храмовый праздник сохранился и при новой церкви. Правый придел освятили в честь благоверного князя Владимира, а левый – в честь святых братьев Кирилла и Мефодия, просветителей славянских.
22 июня, канун освящения храма, было посвящено поминовению усопших. После обедни торжественно перенесены в новый храм из старого деревянного и помещены в отдельных киотах две чтимые местно иконы – Тихвинской Божьей Матери и Преображения Господня. В этот день собралось много народа не только из Оксочского, но и из соседних и даже дальних приходов. 23-го совершена была утреня, а в 9 часов ударили в колокол к торжеству освящения нового храма.
К торжеству прибыли товарищ министра финансов тайный советник В.Н. Коковцов, уездный предводитель дворянства действительный статский советник барон В.П. Розенберг – оба прихожане Оксочской церкви, главный инженер Николаевской дороги О.А. Турцевич, петербургский купец М.М. Мартынов, самый щедрый благотворитель на новый храм.
Храм Преображения Господня простоял лишь до 1942 года, он был взорван в июле, так как стоял у железной дороги и был хорошим ориентиром для обстрела вражеской артиллерии. Старожилы рассказывали, что за первым приказом о подрыве храма пришёл второй, оставляющий святыню в целости, да было уже поздно: минёры сделали свое дело.
Кстати, в интернете нашёл и это: «На местном кладбище стоит большое надгробье с надписью: «Здесь покоится основатель каменного храма погоста Оксочи крестьянин деревни Радомье Семён Сергеев». Какой силой духа должен обладать обычный человек от земли, чтобы решиться на постройку этакой махины, которая почиталась в народе больше, чем даже древнейшие соседние святыни». Надгробный памятник этому человеку, по-видимому, не сохранился, иначе я бы о нём знал.
На месте бывшего замечательного храма стоит теперь деревянная церковь. С её старостой Алексеем Барановым мы знаем друг друга с того времени, когда наша семья проживала в ГМС, и наши дома находились рядом. На момент, когда я его снимал, ему было 77 лет, как он выразился – два топора. Очень порядочный основательный человек, к тому же отличный плотник. В том же году помог моей сестре Таисии подрубить отцовский дом.
С кладбищем связан ещё один памятный случай из моего детства. Был период, когда мы с Володей Константиновым решили подзаработать, драли ивовую кору и сдавали её государству, за это платили деньги, пусть и небольшие. В очередной раз пошли в лес после дождя. Чтобы не облиться водой с дерева, я рубанул по нему топором и успел отскочить. Но вышло так, что топор прорезал кору и ударил мне в левое колено. Как потом выяснилось, я перерубил себе сухожилие. Володя помог мне перетянуть ногу разорванной рубашкой, проводил на поезд до Веребья и там до больницы. Операцию делал уже в то время известный как очень хороший хирург Благодатский Николай Иванович. Он строго мне наказал после заживления раны упорно разминать колено приседаниями, иначе я останусь хромым. Я твёрдо следовал его совету, и всё обошлось благополучно. До сих пор сохранил я к нему тёплое чувство благодарности. В дальнейшем о нём ничего не слышал, но однажды именно на оксочском кладбище обнаружил его могилу с памятником. Только по надписи на нём узнал, что врач прожил всего 47 лет.
Продолжение следует
