Сегодня своими воспоминаниями о военной поре делится Владимир Михайлович Молодцов, наш односельчанин. Принадлежит он к поколению, чьё детство опалила война.
Когда началась война, ему шёл четвёртый год. Разные бытуют мнения о том, с какого возраста человек помнит свою жизнь. Владимир Михайлович не претендует на солидные мемуары, но многие эпизоды из того страшного времени помнит отчётливо, говорит о них, словно это случилось вчера.
Семья Молодцовых — из Старого Гридина. Дружная, большая, а значит многодетная: три сестры — Антонина, Александра, Елизавета и старший брат Евгений, который с началом войны, как и отец Михаил Степанович, ушёл на фронт.
Мать осталась одна с детьми. 5 сентября 1941 года уже пришли немцы. Возле конторы много было техники. Девочки прибежали и сказали, чтобы убирали со стен портреты Сталина и других вождей. В доме Молодцовых немцы квартировали какое-то время, семья ютилась в небольшом закуточке. Помнит Владимир Михайлович, как фрицы играли на губных гармошках, разговаривали по-своему. Помнит гранаты немецкие с длинными ручками, стояли они на окне.
В доме никого не обижали. Но люди и так были обижены непрошенным вторжением. С приходом оккупантов всё изменилось в худшую сторону. Дети были вечно голодные, собирали по полям мёрзлую картошку, весной и летом питались тем, что найдут в лесу, помнит рассказчик до сих пор вкус «ствольняка». По улице бегали босиком до снега, ноги в вечных ссадинах и «цыпках». Перед баней целый день мать заставляла на речке отмачивать ноги, а в бане отмывали. Как же болели эти ссадины!
Одну историю рассказывал и плакал:
— Шла война, а нам, ребятам, чем заняться? Каждый день приходили на дорогу Молвотицы-Марёво‑Холм. Бегаем босые, полуодетые, голодные. Однажды было сильное движение по дороге, полдня шли наши войска на Холм. Стоим с ребятами, я самый маленький, конопатый, лохматый... Вдруг из колонны отделяется солдат, подходит ко мне, снимает пилотку, кладёт в прорезь красную тридцатку и надевает пилотку мне на голову. Ещё и обнял меня. Больше я его не видел, растерялся, побежал домой, отдал деньги матери. Она стала плакать: «Это был наш Енька». Так она называла старшего сына, воевавшего на фронте. Нет, конечно, это был не брат, а чужой человек, пожалевший меня, малыша. Никогда не забуду этот случай.
Немцев в деревне очень не любили. Однажды к соседке бабе Усте пришёл один и стал говорить на немецком. Конечно, ей непонятно. Руками машет, жужжит. Оказывается, просил мёда дать. И жужжал, словно пчела, хотел, чтобы женщина догадалась, что он хочет. Она назвала его немчурой проклятой.
День Победы помнит Владимир Михайлович хорошо. Мать отправила его в Поповку, где один старичок ремонтировал обувь. Несёт мешок с обувью, в деревне народ шумит, женщины плачут, сплошной вой стоит. Сказал нарочный, что война закончена.
Летом вернулся отец Михаил Степанович.
— Я с бабушкой ходил за малиной. Захожу в дом, сидит незнакомый военный в выгоревшей гимнастёрке. Обнимает меня, а я его и не помню. Ну, конечно, радость была. И горе одновременно — брат Евгений с войны не вернулся,
Долгое время не было известно место его захоронения, хотя подавали запросы. Были допущены ошибки при заполнении документов, как это часто случалось во фронтвой обстановке. Лишь в 2016 году, благодаря Интернету и «Мемориалу», сведениям и движению «Донесения о безвозвратных потерях» стало известно, что погиб он 11 августа 1941 года и похоронен в братской могиле в Кингисеппском районе, деревня Керстово.
Когда Владимир Михайлович приехал на могилу, фамилии брата на мемориальной плите не было. Но во второй приезд, благодаря стараниям работников военкомата и Апольевского сельского поселения, фамилия брата уже значилась. Надо отдать должное его стремлению. Ведь далеко уже немолодой человек, и здоровье не то. Но выше всего — память и благодарность людям, советским воинам, на чьих плечах страна вынесла тяжесть потерь.
Владимир Михайлович рассказывает о войне детям, внукам, подрастают уже и правнуки. С горечью недоумевает: зачем немцы пришли к нам, сами жили очень хорошо, а нашей стране такой урон нанесли, до сих пор многое идёт не так.
Чтит Владимир Михайлович подвиг советских воинов. 9 мая ходит на митинг, последние годы идёт в колонне Бессмертного полка. Считает, что память о войне священна. Молодые должны принять от старшего поколения очевидцев все известные им сведения о трагических событиях 1941–1945 годов.
Валентина ГОЛУБЕВА
Фото автора
