Как мы уже сообщали в газете, краеведческая работа выпускника Неболчской школы Павла Козликова (научный руководитель Светлана Недельская) заняла первое место в номинации «Археология» среди соискателей со всей России, труд наших краеведов оценивала конкурсная комиссия в Москве.
Принято считать, что памятники археологии Любытинского района сосредоточены в посёлке Любытино и его окрестностях, а Неболчский край ничего исторически примечательного не имеет. Но краеведы уже не раз доказывали обратное. На протяжении двух лет Павел Козликов нашел, осмотрел и обмерил 48 жальников: 25 – в 2018 году, 23 – в 2019 году, при этом восемь из них прежде не значились в Своде памятников археологии Любытинского района.
Сегодня Павел и Светлана Геннадьевна отвечают на наши вопросы.
– Расскажите, пожалуйста, как начиналась работа над темой жальников.
– Взор каждого, кто приезжает в Любытино, приковывают сопки. И я, бывая в районном центре, с интересом разглядывал их. Рядом с этими памятниками чувствуешь себя сопричастным какой-то тайне, преклоняешь голову перед седой историей нашей страны. Раньше я не задумывался о том, сохранились ли ещё где-нибудь сопки в нашем поселении, – начинает рассказ Павел. – И вот в 2017 году на подходе к деревне Зобищи, куда пролегал маршрут нашего похода, я увидел сопку – такую же, как в Любытине! Значит, подумал я, и в наших местах есть древние погребальные сооружения. Но как их найти?
За разъяснениями я обратился к Андрею Юрьевичу Иванову и выяснил, во-первых, что в Зобищах – не сопка, а жальник; а во-вторых, что на подобные памятники археологии в музее имеются учётные карточки. Меня это очень заинтересовало, я захотел найти жальники, посмотреть, насколько они сохранились. Позже узнал, что это и есть археологический мониторинг.
– Наверное, надо разъяснить читателям разницу между сопками и жальниками?
– И то, и другое – погребальные памятники. Сопки имеют более раннюю датировку, это сооружения славян, а жальники – памятники периода Древней Руси. Их археологи датируют XII–XVI веками, но в то же время говорят и о том, что строгих временных границ не существует. Принципиальное отличие состоит в том, что сопки насыпались над остатками кремации трупа, а в жальнике хоронили по принципу трупоположения, по сути, жальник – это прообраз современного кладбища с грунтовыми могилами.
Похожи эти два типа памятников тем, что они возвышаются, иногда значительно, над окружающим ландшафтом. Ещё одно сходство: и сопки, и жальники обкладывались камнями; сопки – по подножию, а жальники обозначались валунной обкладкой в виде круга, овала или четырёхугольника. В обоих случаях такая обкладка символизировала границу между миром мёртвых и миром живых.
– Да, интересно, и само слово «жальник» интересное. Каково его происхождение?
– Оно произошло от славянского zal – скорбь, горе, печаль. Это севернорусский термин, означающий «кладбище, могила, скудельня, погост». Как отмечает известный исследователь В.В. Седов, население называет жальниками все старые, заброшенные кладбища. Подавляющее большинство жителей считают жальники местом захоронения людей с некоторыми вариациями: «хоронили богатых людей», «хоронили скот». Но в целом, несмотря на то что термин устойчиво бытует среди взрослого населения, информация об этих могильниках у жителей очень скудная.
– Был ли с самого начала план, как вы будете разыскивать и изучать жальники? Какие коррективы внесла в него практика?
– До этой темы у меня уже был опыт исследовательской работы, поэтому план составлялся по обычной схеме: изучить научные сведения о памятниках, составить список жальников, которые собираюсь посетить, разыскать информаторов из числа местных жителей, побеседовать с ними, записать и обработать сведения. Объекты для изучения были выбраны мной на основании Свода памятников археологии Любытинского района, паспортов 1985 года и материалов инвентаризации 1992 года, после которой прошло уже более 20 лет, что, кстати, подчёркивает необходимость и новизну моей работы.
Я опирался также на Генеральный план поселения и карту. Сначала мне казалось, что, имея на руках такие документы, мне не составит труда найти все жальники. Но уже в первых поездках выяснилось, что это было ошибочное представление. Обнаружить жальник бывает очень трудно, даже имея точные координаты. Так что мне не удалось найти все памятники из Свода.
Некоторые я находил сразу, благодаря описанию их в документах, другие так и не удалось найти – настолько изменилась местность вокруг. Третьи, к сожалению, оказались совсем утраченными в результате хозяйственной деятельности человека. А были и такие объекты, которые нигде не упомянуты, но жители показывали их как жальники.
(Окончание в следующем номере).
Кира СОБОЛЕВА
Фото из архива Павла Козликова
