Про Шимск теперь и в Арктике известно.
Как знакомый многим шимчанин, в прошлом — подполковник ВВС, главный инженер-синоптик главного гидрометцентра военно-воздушных сил России (теперь — ВКС России) вновь оказался в строю?
Рассказать об этом мы решили не только потому, что интересно, но есть ещё и хороший информационный повод:
16 августа страна отмечает День Воздушного Флота России — профессиональный праздник лётчиков, инженерно-технического и диспетчерского составов, бортпроводников и всех тех, кто с ними связан. А без синоптиков самолёты не летают. Сейчас гидрометеослужба и подчинённые ей подразделения непосредственно участвуют во всех мероприятиях оперативной, боевой подготовки, в выполнении учебно-боевых задач, в обеспечении повседневной жизнедеятельности, а также в мероприятиях по освоению
Арктического региона.
Год назад Николай Евгеньевич попал на Новую Землю, на аэродром Амдерма-2, который находится километрах в пятнадцати северо-восточнее посёлка Белушья Губа, главного постоянно населённого пункта архипелага, административного центра городского округа и района Новая Земля. Это закрытое муниципальное образование, и попасть туда можно только через военкомат, то есть вы не можете просто взять и прилететь в то место. Николая пригласили друзья из Мурманска. Кстати, Новая Земля находится в шестистах километрах севернее Воркуты. С одной стороны — Карское море, с другой — Баренцево. До Мурманска — 1000 километров, до Архангельска — 950. Тундра, постоянные ветра и метели, белые медведи — вот мир, который окружает новоземельцев.
Но сначала мы немного расскажем о Николае Евгеньевиче. В Шимске он с семьёй прожил двадцать лет, перед большой переменой в судьбе работал в районной администрации. Его жена Ольга Викторовна много лет трудилась в отделении Сбербанка. Старший сын работает системным администратором на одном из предприятий Великого Новгорода, а младший пошёл, как говорится, по стопам отца — капитан ВКС, служит Родине. Кстати, фотография Виктора висит на Доске Почёта выпускников Шимской школы.
Родился Николай Богомолов в Свердловской области, в первый класс пошёл в городе Горьком, теперь — Нижнем Новгороде. Поступил в Санкт-Петербургскую Военно-космическую академию им. Можайского, где и сейчас есть кафедра технологий и средств геофизического обеспечения. Это очень важная кафедра. Сегодня по-прежнему фактор предсказания погоды имеет существенное значение для деятельности авиации и наших военно-космических сил. Арктика — очень специфический регион. Как раз там без прогнозов погоды фактически невозможно вести не только боевую деятельность, но и просто элементарно выживать.
— На Новой Земле, там, где я сейчас служу инженером-синоптиком, — рассказывает Николай Евгеньевич, — только два населённых пункта: Белушья Губа да наша Амдерма-2, где всего две пятиэтажки. В Арктическом регионе немного станций, но в данный момент и Росгидромет, и гидрометслужба вооружённых сил прикладывают все усилия, чтобы обеспечить безопасную деятельность в Арктике. В мои обязанности входят наблюдение за фактическим состоянием погоды, консультирование перелётов экипажей по погодным условиям, прогноз погоды, влияющий на повседневную деятельность. У нас там бывает такая метель по три дня кряду, что не только что вылет, а и выход из помещений запрещён.
Вообще, синоптика — очень интересная и важная наука, которая является частью метеорологии. Синоптики занимаются определением и анализом прогноза погоды. Работают они в основном по синоптическим картам, а информацию им предоставляют метеорологи. Это очень ответственная работа, потому что в жизни от прогнозирования погоды многое зависит.
Перед нашей встречей я немного почитала о Новой Земле. Кроме энциклопедической информации нашла записи русского антрополога и географа, академика Карла Максимовича Бэра, который прожил на нашей Земле 104 года и скончался в 1896 году. Об Арктике он пишет очень здорово: «Новая Земля — соседка Северного полюса, отечество стужи и смерти — не была ещё описана достаточно учёными наблюдателями. Между тем эта страна достойна любопытства испытателя природы, и надобно столько же удивляться, сколько и быть благодарными усердию нашего знаменитого натуралиста и его товарищей по науке, которое побудило их посетить негостеприимные берега самого северного из русских владений».
Читая отчёт, представленный Бэром Императорской академии наук, начинаешь мёрзнуть среди лета. Так здорово он описывает «мучительную борьбу, которую органическая жизнь, возбуждённая мимолётным лучом солнца, должна там выносить с враждебными стихиями и вечными льдами».
— Да уж, — рассказывает Николай, — обойди всю Новую Землю и не найдёшь ни одного дерева, ни одного порядочного кустика. Надо там быть и видеть эти обширные пустынные пространства, чтобы понять впечатление, которое производят на человека полярные страны.
— Пустот нет на Земле, это только с виду. Расскажите о жизни на архипелаге вообще. Есть ли там что-то замечательное, что притягивает взгляд, заставляет любоваться природой?
— Конечно. Взять хотя бы северное сияние — это неописуемое, шикарное зрелище. Да, жителей архипелага окружает бескрайняя тундра. Три месяца — полярная ночь, а потом всегдашний день — солнце ходит по кругу и никогда не заходит — к этому тоже надо привыкнуть. Тут в марте поймал себя на мысли — за четыре месяца не видел ни одной птахи. Всё медведи, арктические совы, песцы. В апреле, в середине примерно, как предвестники весны появляются пуночки — это такие полярные воробьи. А в мае множество гусей прилетает, они тут молодняк выводят. На одном квадратном метре — пять-шесть гусей.
Белых медведей полно. Зимой звери приходят и к нам на Амдерму, и даже в посёлок. Корм ищут на помойках. Летом они уходят на заливы ловить нерпу, а повезёт, так и моржей. Очень много у нас собак — большие, лохматые. Они если и не отпугивают медведей, то хотя бы подают людям сигналы, что рядом с жильём кто-то бродит. Из подъезда сначала собака выходит, за ней — человек. Иначе можно столкнуться лицом с медвежьей мордой.
На людей эти звери обычно не нападают, но всякое может случиться... Если медведь заходит на территорию посёлка, выезжает дежурная машина и прогоняет его.
Самое приятное времяпрепровождение — рыбалка. Без улова никогда не возвращаюсь. Клюют в основном лососевые — голец, палия. И треска. На днях ребята сообщили: треска пошла. Я как раз успеваю, в понедельник вылетаю в Архангельск. (Встречались мы с Богомоловым в четверг, 6 августа. Повезёт, День Воздушного Флота он встретит в Арктике).
В Белушьей Губе цивилизации больше, чем на Амдерме. Имеются средняя школа, поликлиника, два детских сада, гостиница, магазины, телерадиостанция, поликлиника, дом офицеров, солдатский клуб, спорткомплекс с бассейном, православный храм, больше десятка жилых домов. Живут там преимущественно военные, мужчин раза в три больше, чем женщин. Военные — в основном контрактники, их называют контрабасами. Летает грузовой Ил-76. Пассажирский самолёт летает на Большую Землю три раза в неделю, но если погода не позволяет, вылеты отменяют.
Цены на продукты и напитки в местных магазинах завышены в разы. Литр молока стоит 260 рублей, на фрукты и овощи цены вообще космические. К примеру, одна крупная луковица стоит 60 рублей. Всё — очень дорого, как на норвежском Шпицбергене... Но люди стараются прослужить в Арктике 15 лет и выйти на отдых с очень хорошей пенсией.
...Вот так в одночасье можно снова изменить жизнь. Кто бы мог подумать, что Евгеньевич на такое решится? Но человек он неугомонный, всю жизнь пахал, не сидится на месте — захотелось вновь экстрима, новых впечатлений, большого, значимого дела.
Эх, Евгеньевич, эх, тундра, эх, счастливый человек! Удачи тебе и с праздником!
Татьяна КОЗЛОВСКАЯ
Фото предоставлены
героем очерка
