То, что пришлось пережить жителям Ленинграда в страшные дни, забыть невозможно. Голод, страх, боль, потери...
Это время стало испытанием не только для взрослых, но и для детей, даже самых маленьких.
Ольга Петровна Бурчак — представитель того самого военного поколения. Она родилась в Ленинграде в 1939 году. Семья жила на Петроградской стороне, на улице Большая Пушкарская, в коммунальной квартире. Дом этот пережил войну и стоит до сих пор.
Мама Нина Константиновна Иванова воспитывала Олю и её старшего брата Рудольфа одна, но вместе с ними жили бабушка и дедушка. Дед до войны работал печатником в типографии, мама — на военном заводе.
Как только началась война, Нина Константиновна с родными дважды пыталась уехать из Ленинграда, но, видно, судьба была остаться. В первый раз опоздали на пристань, и баржи с эвакуированными ушли без них. Во второй раз пытались выехать на поезде, но оказалось, поздно — кругом были немцы. И семья снова вернулась домой.
В голодные блокадные дни быстро умер дед, заболевший цингой, следом за ним ушла и бабушка. Нина Константиновна работала дворником и маленькую Олю часто брала с собой, когда шла убирать лестницы.
— Дома, как только звучал сигнал тревоги и начиналась бомбёжка, я брала одеяло и пряталась под кровать. В бомбоубежище почему-то мы никогда не спускались, хотя оно было рядом.
Однажды мы с мамой откуда-то шли, началась бомбёжка, в один из домов попала бомба, и он прямо на глазах стал оседать и рухнул. Удивительно, что произошло это совершенно беззвучно, — вспоминает Ольга Петровна.
В комнате, чтобы согреться, топили буржуйку (мама откуда-то приносила дрова) и на ней же варила еду.
— Помню, мама варила кашу или картошку, — говорит наша героиня.
Мать была донором. За сдачу крови кормили, и она брала сына и дочку с собой по очереди и делила еду пополам. Иногда донорам давали паёк, и Ольга помнит по маминым рассказам, как та однажды несла продукты домой, завернув в свою нижнюю белую рубашку, завязанную узлом и перекинутую через плечо. Шла через мост, а тут тревога, обстрел. А она на открытом месте с белым узлом на спине. Могла бы за такой проступок получить серьёзное наказание. Слава богу, обошлось: и жива осталась, и продукты детям принесла.
Именно донорство мамы помогло Оле и её брату пережить самые тяжёлые блокадные дни. Один из военных в благодарность за спасение присылал семье женщины посылки.
— Есть хотелось всегда. У меня личико кругленькое вроде, и щёчки даже были, а сама худая. Так мама всё говорила: «Побежишь, упадёшь, и рёбра проткнут насквозь тебя». Брат и после войны уже долго не мог наесться досыта. Однажды мама сделала винегрет, целую миску, а он сидел у стола и ел потихоньку ложку за ложкой. Как миска опустела, и не заметил.
После войны Ольга ходила в оздоровительный детский сад. Там жила неделю на пятидневке, но ей очень хотелось домой. Каждый день детям давали витамины — рыбий жир, который заедали кусочком хлеба. Ольге хлеба хотелось, рыбьего жира — нет. Год провела в саду, потом пошла в школу. Но всё равно была слабенькая, часто болела, и мама находила возможность отправить её в санаторий.
— Спасибо маме — спасла, выходила, вырастила, — говорит женщина.
Нина Константиновна действительно была сильная женщина, дожила до 94 лет, умерла уже в Чудове. Ольга вырастила сына и дочь, а потом — трёх внучек. С детских лет проявляла актёрские способности, увлекалась театром, ей даже предлагали поступить в театральную школу, но не сложилось. Однако театр в её жизни был всегда, и уже в Чудове её можно было видеть в постановках театра «Чемодан».
Несмотря на возраст и проблемы со здоровьем (не так давно перенесла инсульт) Ольга Петровна — оптимист, юмор помогает ей справиться с жизненными трудностями, которых немало. Пожелаем же ей здоровья, пусть оптимизм и желание жить не покидают, а близкие люди всегда будут рядом.
Татьяна ИВАНОВА
Фото автора и из архива Ольги Бурчак
