В Афганистан Александр Михайлов попал 29 апреля 1988 года. Прилетел в Кабул командиром расчёта 80‑миллиметрового миномёта 1‑й миномётной батареи 181‑го мотострелкового полка после шести месяцев учебки в Ашхабаде.
В Ашхабаде климат схож с афганским, поэтому солдаты там проходили адаптацию и акклиматизацию. Как шутили в учебке: «Есть на свете три дыры — Термез, Кушка и Мары». Это города в Туркмении и Узбекистане, куда отправляли служить ребят. Но Саша попросился в Афганистан. Знал ведь обстановку, знал, что убивают наших солдат, но хотел служить именно там: «То ли патриотизм, то ли дурость, то ли романтики захотелось!».
...А до Афгана было детство. 10 классов Ореховской средней школы, где, кроме аттестата, получил права тракториста; работа трактористом в родном колхозе «Авангард»; учёба от военкомата на ГТТ (тягач) и шофера.
В Афганистане задачей Сашиного расчёта была охрана дороги. Уже почти вывели войска из южных районов страны и начали выводить из северных, из Файзабада. Взвод пехоты и минометный расчёт сидели в горах и охраняли «Баграмку» — Баграмскую дорогу. В один из таких боевых выходов расчёт, которым командовал Александр, подавил душманскую пулемётную точку, за это командир впоследствии был награждён медалью «За боевые заслуги».
Два раза Александру приходилось переходить туннель Саланг — очень опасное место, в котором задохнулись около сотни наших солдат. Страшно было, когда в туннеле подорвали самоходку и пришлось заночевать там. Хорошо ещё — галерея открытая, не задохнёшься, но «дуба дали конкретного». Случилось это ближе к осени, когда бушевали ледяные ветры. Но рядом была застава, и пацаны одеяла принесли — в то время, когда ждавшие их внизу ребята изнемогали от жары.
Кроме боевых совершали патрульные выходы. На машине «ГАЗ‑66», «шишиге», офицер с водителем и ещё двумя сопровождающими ездили по Кабулу и ловили солдат в самоволке, проверяли документы у гражданских, отвозили в комендатуру для выяснения.
Свободного времени было мало. Чем занимался? Телевизор, самодельная спортивная площадка, на турнике подтягивался, письма родителям писал, помогал ремонтировать технику, ходил в наряды на кухню. Приезжали с выступлениями артисты. Довелось послушать Иосифа Кобзона, Эдиту Пьеху, Илону Броневицкую. Прямо на плацу пели «Голубые береты». Была своя баня.
На выданные чеки ходили отовариваться в шалманы — магазины. В этих шалманах продавалось всё импортное: и магнитофоны, и одежда. Но Саша, как и многие другие деревенские парнишки, «всё спускал на жратву». В диковинку были им кока-кола, разные лимонады, соки в пёстрых банках, печенье... Хотя кормили их хорошо. Да и сухпайки, выдаваемые на боевые выходы, были хорошими: тушёнка, каши, сгущёнка, соки, галеты. Кстати, пайком ребята делились с местными детишками, которые «как тараканы набегут и кричат: «Шурави, бакшиш!». И как не дашь таким чумазеньким (бакшиш — подарок)?
27 января1989 года полк, в котором служил Александр Михайлов, на «горбатых», как называли самолёты Ил‑76, вывезли в Кушку. Техника пришла в феврале. В Кушке неделю жили в палаточном городке, а потом уже на пассажирском самолёте их отправили в Тернополь. Там, в звании старшего сержанта, дослужил до дембеля.
Александру Николаевичу, как и всем, служившим в Афганистане, трудно давались воспоминания. Но память жива! И должна жить! И сейчас смотрит Саша в небо на облака, а видит горы Афгана...
Мы помним и чтим всех тех,
кто погиб.
Сегодня, конечно,
живых поздравляем,
Здоровья большого,
терпения и сил.
Вы все герои...
вас помнит земля,
Подвигом вашим
гордится страна.
Елена ЕРМАКОВА
д. Ореховно
