Суббота, 18 мая 2024

Редакция

Родную землю отстояв

Когда сапог оккупанта ступил на родную батецкую землю, Вере было шестнадцать. Отца сразу призвали на фронт. А она успела к тому времени окончить начальную школу в Подборовье да семилетку в Людятине. Но двумя годами позже девушка уже воевала в партизанском отряде Алексея Пушкова, что в 5‑й Ленинградской партизанской бригаде. А ещё говорят, у войны не женское лицо. Как бы не так. Ну, может, девичье, если быть точнее.

Уходили в поход партизаны...

«Батецкий край», конечно, не раз обращался к судьбе Веры Васильевны. И вниманием руководящих персон она не обделена. В прошлый рубежный год победного 75‑летия она в своём доме в д. Танина Гора встречала гостей во главе с губернатором Новгородчины Андреем Никитиным.

Неумолимость времени порой буквально ставит в тупик. Ну что, например, делать с тем фактом, что из непосредственных участников боевых действий в Великой Отечественной войне у нас в районе осталась одна Вера Аксёнова? Да к тому же она освобождала от ненавистного врага свою малую родину. Так что не воспользоваться ещё раз её воспоминаниями мы не можем. Как ни цинично это звучит, на время надежды нет...

Ночью 6 октября 1943 года в их дом пришли незнакомые люди из советского тыла, все с кокардами. Веру вместе с братом и сестрой взяли в партизанский отряд. В душе теплилась надежда на встречу с отцом. Знали, что он погиб в тяжёлом бою под Нарвой, но всё же надеялись — вдруг ошибка?

В ту ночь в партизаны ушли из деревни 18 человек. Наши ребята попали в 5‑ю ЛПБ, Вера оказалась в отряде Пушкова.

Надо сказать, когда молодёжь ушла к партизанам, в домах сельчан поселился страх. Людей, связанных с партизанами, фашисты зверски уничтожали. Вскоре в деревню нагрянули немцы, и оставшиеся старики были вынуждены бежать в лес. Каратели отправились за ними в погоню. Догнав, расстреливали в упор.

Деревенька Перёдки, в которой жила Вера, стала после этого называться партизанской. Всё-таки редкость, когда сразу столько народу из маленькой деревушки уходит в лес бить врага.

Бойцы её отряда ходили на операции ежедневно. Командир Пушков был требовательным, каждый день — новое задание. И каждый раз они не знали, вернутся ли назад.

В первых боях часто приходилось самим добывать оружие, боеприпасы и обмундирование. Партизанский быт, особенно поначалу, был нелёгким. Негде было отдохнуть, обогреться, просушить одежду и обувь. Плохо было и с продуктами. Мирные жители помогали как могли. Бывало, и хлебца дадут, и картошки. Однажды кто-то дал кило муки в мешочке:

— Ребята вернулись с задания, принесли эту муку, а костёр разводить нельзя — дым выдаст расположение лагеря. Хоть и стоял везде караул, но по следам на снегу можно легко найти дорогу. И всё же голод — не тётка, тем более, если есть мука. Мы сожгли несколько сухих веток, получились угольки. Вырыли в снегу лунку, достали немного земли с перегнившими листьями, перемешали её с мукой, скатали из этой кашицы лепёшки, нанизали на палочки — и в огонь. Лепёшки эти чуть-чуть подкоптятся, значит, готово. И так хорошо от этой в мгновение ока проглоченной пищи...

Подмоги ждать не приходилось

Но со временем за линию фронта стали прорываться наши самолёты. «Бывало, прилетит самолёт, — рассказывала Вера Васильевна, — а в лесу уже приготовлена поляна: всё расчищено до кусточка. Знаки подаём, где припасы сбрасывать. Нам доставляли маленькие чёрствые буханочки хлеба. Мы их делили на кусочки и не жевали, а сосали, как лакомство. И всё же некоторые партизаны умерли от голода, много было и обмороженных.

Большой проблемой стала обувь. Где взять новую? До войны жили бедно, ничего лишнего не было. В чём ушли из дома, в том и жили в лесу. Так можно было продержаться месяц, но из леса не выходили по полгода. Приходилось снимать обувь с мёртвых. Вера хорошо запомнила один из походов к Луге, когда сапоги вконец разорвались, и она долго искала тряпки, чтобы обмотать ноги.

Задания у партизан были трудные. Вера Васильевна особо запомнила, как декабрьской ночью 1943 года брали станцию Передольская. Партизаны её окружили и, как могли, выбивали немцев. Но чтобы к тем из Батецкой не пришла подмога, надо было взорвать мост.

Вера, ещё один парень и Галя Коваленко, командир их маленького отряда, выполнили задание — подорвали небольшой мост перед деревней Лёжно. Немцы пустили бронепоезд. Он дошёл только до лёжновского моста, но начал палить по партизанам. Среди наших бойцов были большие потери. Сразу забрать своих партизаны не смогли, ждали окончания боя. А когда наступило затишье, прячась в кустах, начали потихоньку выносить убитых. «Что ж, — вздыхает Вера Васильевна, — войны без потерь не бывает. Не в гости фашисты пришли. Да и мы встретили их не хлебом-солью. Получили сполна».

После боя партизаны добежали до деревни Кчера, встретившей их пустыми домами. Хотели передохнуть, но не тут-то было. Не успели присесть, как застрочили немецкие пулемёты. Вера с ребятами бросилась бежать. Гитлеровцы на мотоциклах пустились вдогонку. У них были выкопаны рвы, которые пригодились нашим. По обледеневшим склонам они и скрылись в лесу, слыша позади угасающий треск мотоциклов...

Звериный оскал фашизма

В своё время партизаны заняли деревни ближе к Луге, где не было немцев. Но и там появились фашистские танки и самолёты. Части партизан, в том числе и Вере, снова пришлось бежать в лес. Оставшиеся бойцы долго сопротивлялись, надеясь удержаться. Многие погибли, среди них были учительница Кириллова из Оттуриц и Маша Аксёнова. Когда за девушками погнались немцы, те спрятались в стогах. А от Луги уже шли танки, низко летели самолёты, строча из пулемётов. Тех партизанок в живых больше никто не видел...

Однажды в партизанскую деревню вошли танки с крестами на башнях. И вдруг из танка заорали на чистом русском языке, да ещё с матюгами. Как потом оказалось, это были власовцы. Только недавно под Мясным Бором сдались немцам, а уже получили танк и по приказу новых хозяев пошли на партизан. Одновременно немцы выбивали народных мстителей из Нежатиц и Павшиц. Вообще, у партизан было занято немало деревень, но не было огневых точек. Перед танками они были бессильны, и некоторые населённые пункты приходилось сдавать.

Помнит Аксёнова и наступление на Уторгош, где понесли большие потери. Сначала в разведку отправились четверо ребят. Перед заданием им было сказано: «Если попадёте в немецкую засаду и не сможете выйти из окружения, взрывайте себя. Это лучше, чем терпеть издевательства в немецком плену». Для этого каждому дали по гранате. И эта четвёрка действительно попала в засаду. Отстреливались ребята до последнего патрона и уже раскидали все гранаты, будучи уверенными, что с немцами справились. Но вышло по-другому — фашисты взяли их живыми. Колючей проволокой стянули руки и ноги. В группе была одна девушка — та самая, с которой Вера взрывала мост. Она была командиром разведгруппы, и ей одной удалось выйти из окружения. А парней изувечили, ещё живых перекололи штыками. «Художества» фашистов трудно описать словами. Они отрезали разведчикам языки и уши. Их изуродованные тела Вера увозила на лошадях для захоронения. Этим немцы хотели показать остальным партизанам ждущую их участь...

Враги сожгли родную хату...

Но Веру ждал ещё один удар. Однажды в лесу, следуя на задание, она наткнулась на трупы расстрелянных односельчан, среди которых узнала своих дедушку и бабушку, родителей отца. Они были зверски убиты. Немцы стреляли им в затылок, у обоих были разорваны лбы.

Позднее, когда партизанские отряды направляли на переформирование в Ленинград, Вера с однополчанами попросила у командира разрешения остаться дома, чтобы убрать и похоронить расстрелянных стариков. Нашли в лесу их тела, перевезли в Перёдки и там похоронили.

Вспомнила Вера Васильевна и другой случай из своей военной биографии. Немцы гнали их отряд по просёлочной дороге. Впереди — развилка. Часть отряда, что на лошадях, пустилась по одной дороге, а остальные, Вера в том числе, — по другой. Забрели в лесную глушь, нашли чудом уцелевший дом. Вернее, только стены: крыши не было. Там и спрятались. Наступила ночь, дороги они не знали. Из укрытия выходить опасно — вдруг попадут к немцам?

Неожиданно появился какой-то важный армейский начальник, из наших. Удивился, увидев в доме незнакомых. «Есть хотите?» — как сейчас помнит Вера Васильевна его слова. Но за едой надо было куда-то идти. Люди все обессилели, а Вера согласилась отправиться за хлебом. Шла по лесу, чуть дыша, со всех сторон доносились звуки стрельбы. Дошла до лагеря, взяла продукты, но ещё надо было вернуться назад. Плохо зная дорогу, Вера возвращалась буквально по своим следам и дошла, не оставив людей голодными.

«Вскоре, — рассказывала Аксёнова, — подошли советские войска. С какой радостью их встретили партизаны! Но сколько вокруг было убитых! Мне вместе с другими пришлось на лошадях вывозить тела убитых перед Передольской, за Лугой-рекой. Там наши стояли долго, реку перейти не удавалось. Много тогда полегло красноармейцев и партизан. Вырыли траншеи и отовсюду в них свозили трупы».

Деревня Перёдки была полностью сожжена, потому её жителей отправили в соседнюю деревню Радовеж, откуда немцы всех вывезли в Латвию. Ничегошеньки не было, ни куска хлеба. В подвалах находили гнилую картошку и тем спасались. А когда на деревьях появлялись листочки, обдирали ветки и пекли лепёшки.

Купленный кровью итог

1943 год стал переломным для новгородских партизан. В юго-западных районах они объединились в 5‑ю партизанскую бригаду, которой командовали Герои Советского Союза Константин Карицкий и комиссар Иван Сергунин (позже секретарь Новгородского обкома КПСС). Бригада действовала на территории бывшего Уторгошского, Батецкого, Солецкого и других районов, где проходили важные коммуникации врага — железные дороги на Витебск, Новгород, Лугу, Дно и Псков, шоссейные магистрали. Партизаны пускали под откос вражеские бронепоезда, эшелоны с техникой, боеприпасами, продовольствием и людскими резервами, взрывали мосты. С сентября 1943 по январь 1944 г. 5‑я бригада уничтожила ж/д станции Передольская и Леменка, разъезды Кчера и Морино. А с октября было полностью перекрыто шоссе Николаево — Уторгош — Медведь, питавшее новгородскую группировку фашистских войск. В течение двух месяцев бригада отбила три крупные атаки карательных экспедиций немцев.

Новгородчину освободили от фашистов весной 44‑го. И началось для сельчан не менее тяжёлое время. Надо было восстанавливать хозяйство, пахать огороды, а лошадей не было. Женщины сами впрягались в плуги и сажали картошку. Летом бывшие партизаны ходили в Батецкий, там работали на полях, за что им давали немного семян. На колхозных полях собирали зёрнышки, чтобы что-то поесть.

Вера Аксёнова за участие в партизанском движении награждена медалью «За отвагу», памятными знаками «Ленинградский партизан» и «Фронтовик 1941–1945 годов», орденом Отечественной войны 2‑й степени, медалью Жукова, другими наградами. Мы от души поздравляем ветерана с очередным Днём Победы!

Подготовил Олег ПЛАТОНОВ
Фото администрации района

РЕКЛАМА

Еще статьи

Всё, что было загадано

Несмотря на сложности, комплекс весенних полевых работ в хозяйствах района осуществляется в плановом режиме. Создаётся надёжный задел под урожай текущего года.

Пенсионерка пишет стихи со школьной скамьи

«Здесь я обрела душевный покой»

В деревне Райцы проживает 80-летняя поэтесса, родители которой дружили с четой Брежневых

Евгения Козырева — верный читатель районки

Пример здоровья и долголетия

На прошлой неделе в Сольцах побывала куратор округа, заместитель председателя правительства Новгородской области Елена Кирилова.

РЕКЛАМА

РЕКЛАМА