Высокое — одно из самых живописных мест Чудовского района. Дух захватывает от панорамы Волхова, которая открывается с крутого берега. Достопримечательность деревни — дубы, которые помнят ещё графа Аракчеева.
Неудивительно, что места эти пользуются популярностью у жителей мегаполисов, мечтающих именно здесь купить участок земли и построить дом. Во всём остальном это обычная деревня, которую с райцентром связывает автобусное сообщение раз в неделю, куда продукты доставляет автолавка райпо и где ближайший ФАП — в пяти километрах. Дорога от Селищ до деревни — «убитая». Осенью и весной проехать по ней могут только трактора и очень большие машины вроде лесовозов, а простые граждане оказываются на какое-то время «невыездными».
Планируя поездку в Высокое, мы думали о том, что обязательно нужно навестить наших давних знакомых — семью Пухилас. Зимой 2013 года газета рассказывала о ленинградцах, переехавших на ПМЖ в деревню. Тогда супруги Анатолий Иванович и Валентина Степановна держали большое козье хозяйство. Что же сегодня, спустя восемь с половиной лет?
Из Северной столицы — в новгородскую глубинку
Усадьба Пухилас не прячется за глухим забором, здесь нет злой собаки. Хозяева — люди открытые и гостеприимные. Мы не предупреждали их о нашем визите, и в разгар летнего дня они, конечно, были заняты. Но нас встретили очень тепло, как дорогих гостей, пригласили в дом, усадили за стол. Кофе сварили, нарезали своего фирменного мягкого сыра и угостили свежим, только что приготовленным творогом. Так, за чашечкой кофе с козьим молоком и потекла наша беседа.
Домик с участком на берегу Волхова Пухиласы купили в 1980 году. Но переезжать окончательно не спешили: в Ленинграде у обоих была хорошая работа, налаженный быт. В 90-е жизнь круто изменилась. Глава семьи вынужден был уйти из НИИ, в котором трудился долгие годы электронщиком: не стало заказов и дело шло к закрытию. А на тот момент ему было всего 47 лет. Валентина Степановна продолжала работать.
— Я занимала хорошую должность. Решили так: супруг поедет в деревню достраивать дом, а я буду работать. Уволилась в 1995-м: тяжело стало разрываться между городом и деревней. Появился внук. Забрали его к себе. Дочь вышла на работу.
Так началась их новая жизнь. Деревенская. Оба — состоявшиеся в профессии люди, коренные ленинградцы. Свой круг общения, привычки... А здесь — сад-огород на 20 сотках. И козы.
Поначалу всё было на голом энтузиазме
Внук, рассказывает Валентина Степановна, очень полюбил козье молоко. На семейном совете решили: заведём козу.
— А вы что-нибудь знали про коз?
— Ничего. У нас поначалу всё было на голом энтузиазме. А потом втянулись. В какой-то момент козы и огород спасали нас. Раньше держали по 12 дойных коз. Муж ездил на рынок и всё молоко и творог продавал. А сейчас спроса такого нет. Но люди нас помнят, говорят: мы детей на вашем молоке вырастили.
Сейчас хозяйство небольшое — всего пять коз. Спрашиваю: какой породы? Хозяйка смеётся: «Деревенской. Воспроизводство самостоятельное». Из целебного козьего молока сами варят творог и сыр. Мы пробовали — это очень вкусно! Для закваски используют «сычок»: в нём содержится концентрированный пепсин — белок, который способствует сквашиванию молока.
— У каждого закваска своя, — рассказывает дочь Валентины Степановны Лена. — Это тот секрет, о котором никто вам не расскажет. Можно делать разные сыры: разные есть технологии, но этот — самый простой и вкусный. Раньше мы делали и с паприкой, и с брынзой, и разной степени солёности. Остановились на этом. Усваивается на 90%. Хорошо пойдёт в греческий салат, в хачапури.
Люди, которые не переносят коровье молоко, очень хорошо переносят козье. Единственный минус, который может отпугнуть, — специфический запах. Но это зависит от вида козы и от условий содержания. Самый полезный продукт из козьего молока — сыр. В нём самый богатый аминокислотный состав: есть всё, что отвечает и за иммунитет, и за нормальный обмен веществ.
Продуктов из козьего молока можно есть сколько угодно и не поправишься, уверяли нас хозяйки. Но мы и не спорили. Стоит посмотреть на этих двух красавиц — маму и дочь, поневоле поверишь. Излишки продают с мая по сентябрь.
— Когда держишь животных, полностью подчиняешься их режиму. Это непросто, но того стоит. И свежая зелень, своя, лучше покупной. Та же картошка, что-то ещё. У дачников в основном газоны и цветы. Это, конечно, красиво и здорово, но...
Но всё это так не похоже на русскую деревню, к которой мы с детства привыкли, когда молоко парное, а клубника немытая прямо с грядки. Вот какое наблюдение мы вынесли из наших многочисленных поездок по району. Может быть, это прозвучит странно, но в наших деревнях совершенно не осталось деревенского духа. Коренных жителей, с детства приученных к труду на земле, практически не осталось. Но с этим уже ничего не поделаешь: в конце концов, это личное дело каждого, огород сажать или газон.
Всё бы ладно, если бы не одно «но». Деревня Высокое — очень лакомый кусочек для дачников. Земля здесь практически вся продана или продаётся. А козам нужно где-то пастись. Негде. Места для выпаса нет. Что делать в такой ситуации Пухиласам? Ответ, увы, очевиден.
Что же получается? Люди, которые обеспечивают нас полезными, экологически чистыми продуктами, остались с проблемой один на один? Мы не хотим в это верить. Обращаемся к администрации Трегубовского сельского поселения с просьбой помочь супругам Пухилас. А у нас будет повод приехать ещё раз — уж очень хорошо в этом доме встречают гостей.
P. S. В следующем выпуске газеты мы продолжим наш рассказ о деревне Высокое и её жителях.
Светлана ЩЁГОЛЕВА
Фото автора
