Воспоминаниями об отце-фронтовике с нами поделилась читательница Александра Меерович.
«День Победы… Как он был от нас далёк»… Эти священные строки каждый раз сами собой приходят на ум, когда я вспоминаю о боевом и жизненном пути моего отца Николая Ивановича Леничева. И сколько бы ни прошло лет после проклятой войны, уверена, в этих нескольких словах, которые каждый из нас знает с детства, — тысячи километров фронтовых дорог, горечь невыплаканных слёз, все долгие тяжёлые для нашей страны годы, картины которых так и встают перед глазами. На фронтах Великой Отечественной воевали и два папиных брата — Сергей и Пётр.
В 27 лет отец женился на нашей маме. В 1937 году родился наш брат Евгений. Я и три мои сестры родились уже после Великой Отечественной. И до войны, и после отец работал в колхозе «Большевик» (много позже он был переименован в совхоз «Крестецкий»). Папа был отличным плотником, пахарем, работал в животноводстве, на заготовке кормов, занимался лошадьми, трудился на разных участках, и везде ценили его трудолюбие и умение. После войны, уже будучи на пенсии, делал отличные лёгкие грабли, корзины плёл.
Сначала отец прошёл финскую кампанию, длившуюся хоть и недолго — с 1939 по 1940 год, но также оставившую трагичный след в многострадальной истории нашей страны. А 27 июня 1941 года, спустя пять дней после объявления Великой Отечественной, в возрасте 32 лет он ушёл защищать Родину на долгие пять лет и вернулся только в ноябре 1945 года, в августе-сентябре успев поучаствовать и в советско-японской войне.
С самого начала был назначен санинструктором 31-го артиллерийского полка 43-го инженерного аэродромного батальона. В числе тысяч других солдат мой отец дошёл до Европы пешком: «Пол-Европы прошагали, полземли…». Сегодня я очень жалею, что при жизни мы, его дети, будучи тогда молодыми, занятыми заботами, очень мало интересовались военной биографией отца, всё казалось, успеем, не время. А в 1975-м, в возрасте 66 лет, папы не стало — слишком большой отпечаток на здоровье наложили его фронтовые будни, когда приходилось ночевать в окопах, а то и вовсе в чистом поле. Хронический плеврит так и не отступил от него, до самой смерти он мучался надрывным кашлем, сердечной недостаточностью.
Остались лишь обрывочные воспоминания, вроде смешного случая, произошедшего на Волховском фронте. О нём отец любил рассказывать. Расположилась как-то их часть в одном из перелесков, рядом находился водоём, из которого предстояло черпать воду на бытовые нужды, в том числе в качестве питьевой и для кухни. Ему, как санинструктору, было поручено определить, пригодна ли вода для этих целей. Как? Никто, конечно, на этот вопрос ответить не смог. В итоге сержант — где наша не пропадала! — отправился на берег лесного озера, напился от души той самой воды, подождал около часа, а когда ничего не произошло, скомандовал любимым словечком: «Валяй!».
В нашем семейном архиве сохранилась справка, выданная 19 ноября 1945 года сержанту Леничеву, состоявшему на службе в соединении генерал-лейтенанта авиации товарища Нестерова, о том, что приказом Верховного Главнокомандующего маршала Советского Союза тов. Сталина за участие в боевых действиях по разгрому и полной ликвидации Восточно-Прусской группировки немецких войск юго-западнее Кёнигсберга и по овладению городами Франкфурт-на-Одере, Вандлиц, Ораниенбург, Биркин-Вердер, Генигсдорф, Панков, Фридрихсфельде, Карлохорст, и Кипеник объявлена благодарность.
И ещё одна, датированная тем же числом, — за участие в боевых действиях по овладению городами Клайпеда (Мемель), Гдыня, Гданьск (Данциг), Кёнигсберг, Берлин и Свинемюнде. А в архивах нам удалось отыскать акт от 16 февраля 1944 года о вручении папе медали «За оборону Ленинграда».
Мы помним его как замечательного отца, доброго человека, которого любили окружающие, отличного мастерового, чьими руками построен не один дом в Ямской Слободе, где проживала наша большая семья. Он действительно отлично владел столярным и плотничным делом. Кроме того, отец очень любил читать, слушать радиопостановки. Он вообще любил жизнь.
11 марта исполнится ровно 50 лет, как папы нет с нами, а мы до сих пор вспоминаем его доброту, трудолюбие и, конечно же, безмерный подвиг, благодаря которому мы сегодня живём. У папы 12 внуков, 17 правнуков. Навещая с внуками 9 Мая могилу их прадеда, я подробно рассказываю им и о войне, и об отце, и о великом подвиге советского народа. Вместе мы ухаживаем за его могилой, сажаем цветы.
День Победы — для меня особый праздник. Вспоминаю, как мимо нашего дома в Ямской Слободе в советское время в этот день шли колонны радостных, празднично одетых людей с шарами и транспарантами, чтобы, дойдя до автотрассы, свернуть к Ямскому кладбищу. С какой гордостью отец вставал в их ряды — с полным правом человека, завоевавшего это счастье. Ну а мы, его дети, уже стояли в этом строю вместе с одноклассниками и с неменьшей гордостью наблюдали за ним.
Мы бережно храним его старенькое кожаное портмоне, в котором его награды, военный билет, документы, милые нашим сердцам вещи. 9 мая я бережно достаю его, снова и снова перечитываю стёртые временем строчки, напечатанные когда-то фронтовыми писарями на видавших виды печатных машинках под взрывы и шум канонад.
И снова оживают перед глазами те трагические события, когда наши отцы приближали как могли великий день Великой Победы. Спасибо, отец, мы помним!
Записала Ольга ХРУСТАЛЁВА
Фото из архива Александры Меерович
