В нынешних условиях экономисты и политики всё чаще об этом говорят.
Производить свои, российские, качественные продукты и товары — тема дня. Но без реальной поддержки сельскохозяйственных и перерабатывающих отраслей достигнуть «великой цели» — вряд ли получится. Лён служит человечеству с незапамятных времён. Россия в недалёком прошлом всегда была крупнейшим производителем и экспортёром льна и льнопродукции. В нашем маленьком районе все колхозы и совхозы засевали этой культурой едва ли не половину площадей — прибыльно было. И вот уже в целой Новгородской области только в двух районах, у нас да в Солецком, осталось два льносеющих хозяйства. Спрос на лён на всех рынках был, есть и будет, а выращивают его сейчас способом едва ли не допотопным. И надо просто в ноги поклониться этим людям за то, что сохранили льноводство и опыт первичной обработки льнотресты. Это, собственно говоря, и есть та рубаха — своя, позволяющая телу не только наряжаться, согреваться, дышать, но и жить.
Мы с председателем районного комитета по сельскому хозяйству и продовольствию Валерием Бутенёвым побывали на полях льнозавода 23 мая. На тот момент были засеяны всего 300 гектаров из 730 запланированных.
Трудно идёт посевная, по 30–40 гектаров в день засевает механизатор Михаил Тимахович, следом ведёт боронование Руслан Иванов, у которого в тот день совсем некстати сломалась борона.
Только 20 мая удалось засеять 60 гектаров. Техника у льнозавода, мягко говоря, не слишком современная, мне даже не велено говорить, на чём сеют — технологический процесс нарушается, происходят потери драгоценных семян. Но ведь работают, и в прошлом году работали, и собрали урожай — 1700 тонн сырья для переработки. Для них это — жизненная необходимость, им проблем давно хватает, своих — им не до геополитических.
— На каком-то заводе, — говорят механизаторы, — кажется, в Бежецке, начали выпускать новые, более совершенные льнокомбайны, рулонные пресс-подборщики, погрузчики и другую технику для льноводов, не уступающую зарубежным аналогам. Она и снижение потерь в полтора раза обеспечивает, и все материальные и энергетические затраты. Но нам ли об этом мечтать?!
Справа от дороги на Старое Веретье посеяли ленок, а слева — собираются картошку сажать. Вот и борозды наезжены, и женщины с вёдрами и граблями (!) из Уторгоши приехали, и мужчины. До этого лён сеяли недалеко от своего посёлка, в Песках, Плоскове, Горе. А тут — два гектара под картофель — работа срочная.
— Нужна нам эта картошка! — возмущается один. — Надо льном заниматься, никто меня не слушает.
Женщины, впрочем, его не поддержали, женская логика маленько другая, они говорят, что и картошка «для поддержки штанов» хороша, не помешает заводу лишняя копейка.
— Сегодня, поди, не управимся, семена мелковаты, — предположил кто-то.
На обочине встретили мы местного жителя Николая Манурикова. Человек этот нам известен — в шимской пожарной части служит, но сейчас — в отпуске и помогает заводчанам.
— Я с четырёх утра в поле, — говорит, — вот и сын мой Иван в помощниках. А что делать — надо, значит, надо.
Не хватает на предприятии механизаторов. Сколько раз встречались с директором Галиной Руженович, столько и говорила она о кадровой проблеме. Старые рабочие на пенсию уходят, новые не появляются. Бежит молодёжь от такой работы, как чёрт от ладана. Оно, конечно, и молодых понять можно — зарплата на заводе сейчас 7000 рублей. Хорошо хоть находятся такие, как Мануриков, готовые прийти на подмогу.
Перед тем, как поехать нам с Валерием Георгиевичем на льняное поле, мы побывали и на заводе, вернее, около него. Там у них вовсю шла сортировка семян. Женщины их просеивали через такие большие круглые сита — забыла спросить, как эти штуки называются, и затаривали в мешки. А мужики грузили на трактор. Когда мы подъехали, у них уже полная телега мешками с семенами была заполнена. Один рабочий, весёлый такой дядька, Сергей Дмитриевич Николаев, трудится на предприятии с 75‑го года с небольшим перерывом — уезжал куда-то. Он с Галиной Алексеевной всё это время вместе работал и помнит лучшие времена. А сейчас даже сортировальные станции все позакрывались, бывалым льноводам смешно даже слышать такое.
Поговорили о делах, вспомнили про баню.
— Раньше завод весь посёлок мыл, — говорит Алексеевна, — сперва бани у нас свои были, потом душевые хорошие, мы всех пускали… Теперь не то. Где людям помыться, скажите, пожалуйста?!
Это мы уже не в тему, хотя мыться надо — спору нет.
Все надеются на региональную программу по развитию льняного комплекса. В прошлом году речь шла о выделении до 2020 года более миллиарда рублей на развитие отрасли, на передовые технологии выращивания льна. Да что-то медленно дело движется.
Татьяна КОЗЛОВСКАЯ
Фото автора
Опубликовано в газете 30 мая
