30 июля 1831 года военные поселяне Старой Руссы выступили против командиров с оружием
Ровно неделю бурлил Старорусский уезд после того, как 23 июля (все даты даются в переводе на современный календарь) несколько крестьян «приняли за окаянных иноверцев господ не в военном платье», которых встретили на проселке. Как пишет поручик Павлов в «Воспоминаниях очевидца о бунте военных поселян в 1831 г.» («Исторический вестник», № 3, 1894), «в нашей глуши таковых часто принимают за каких-то шпионов, немцев или поляков».
В данном случае ситуация усугублялась только что подавленным восстанием в Польше, слухами о холерных отравителях в Петербурге и предельно засушливым летом. Как вспоминал командир 2-й роты императора австрийского Франца I поселенного полка капитан Замкин в «Русской старине», № 8, 1879, лето было «необыкновенно знойное, повсюду стоял дым, реки высыхали, берега рек и озер покрылись дохлой рыбой и раками. Весь июль в Старой Руссе стояла удушливая жара, а в воздухе носилась какая-то мгла, настолько застилавшая солнце, что оно, казавшееся огромным, красным шаром, не ослепляло глаз и даже в полдень можно было свободно смотреть на него. В самой природе было что-то зловещее: был страшный зной, тяжело дышалось, пот градом катился с лица, во всем теле чувствовались какая-то особенная слабость и изнеможение, мысли были расстроены».
Позже, когда началось уже следствие, были обнаружены рукописные экземпляры «Книги греческой Златоструй, толкование от Апостолов Христовых о Антихристе како придет, родится и воцарится». В рукописи, в частности, читаем: «Небо будут и земля железны; небо не даст дождя, а земля плода, тогда исполнится пророчество Исайино: яко не пройдет облак дождевой всю вашу землю или роса оросила бы рощи ваши. Древа масличные увянут; море и реки иссохнут и рыбы в морях изомрут — и тогда Антихрист пошлет во все стороны верных христиан слуг своих во все места где бы ни был хлеб, собирати на каждую душу по пяти четвертей шевелей и на всех местах будут у магазинов приставники с печатию чувственною, с прописанием клейма тиранова».
Одно к одному — так были созданы предпосылки для волнений и беспорядков, которые в среде военных поселян вылились в короткий, но кровопролитный бунт. Этот бунт положил конец аракчеевским преобразованиям патриархальной деревни, отбросив ее экономическое развитие на несколько десятков лет назад. То, что строилось 15 лет (1816—1831 годы), было разрушено в 15 дней (23 июля — 7 августа).
Сергей ВЕТКИН
Опубликовано в газете 30 июля
