6 февраля в ЦК «Русич» покажут новый «Фокус»
Накануне открытия экспозиции корреспондент «НВ. Старая Русса» побеседовала с руководителем коллектива Владимиром МАНЖОСОМ. Мастеру в этом году исполнится 80 лет. В наш город в уже достаточно почтенном возрасте он приехал из Приднестровской Молдавской Республики (ПМР). И первым делом взялся за создание фотошколы для детей. Но спустя совсем немного времени к нему потянулись и взрослые. По подсчётам Владимира Павловича, за пять лет существования «Фокуса» его участниками стали более 70 рушан. В 2013 году фотообъединение было отмечено званием «народный».
— Владимир Павлович, а сколько вам было, когда вы начали заниматься фотографией?
— Мне исполнилось 15 лет, тогда я уже поступил в техникум, занял денег у бабушки и купил фотоаппарат «Любитель». Он был самым дешёвым, но минус его заключался в том, что в нём использовалась широкая плёнка. А встречалась она в продаже нечасто. Надо отметить, что в нашей комнате общежития все ребята увлекались фотографией. Фотографировали друг друга. Я любил снимать природу. В то время жил в Новокузнецке, бывшем Сталинске, именно ему Маяковский посвятил своё знаменитое стихотворение: «Я знаю — город будет, я знаю — саду цвесть, когда такие люди в стране советской есть».
— А как оказались в Молдавии?
— Там служил в армии, познакомился со своей будущей супругой. Там и обосновался. Перебрался в Рыбницу, город, находящийся сегодня в составе ПМР. Жизнь там тяжелее, чем в России. Думаю, многие бы, поставь их на рацион, который сейчас в Приднестровье, заплакали. Однако причиной переезда стала бесперспективность, вырисовывающаяся для внука. Найти работу для молодых людей в ПМР весьма сложно.
— За вашиими плечами огромный опыт в фотоискусстве, хотя по своей основной профессии вы механик строительной техники. Как и где овладевали знаниями по фотоделу?
— В 80-м году закончил Московский заочный народный университет искусств. Преподавали нам авторы книг по курсу фотографии. Вот они мне и подсказали организовать в Рыбнице фотоклуб. Был он мощнее, чем в Старой Руссе. Но, что интересно, клуб получился мужским. Сложно было в него привлечь дам и барышень. А в «Фокусе», напротив, матриархат складывается. В основном девочки приходят, а мужчин практически нет. Впрочем, благодаря Интернету продолжаю поддерживать отношения и с теми, кто посещал клуб в Рыбнице, и с мастерами, проживающими в Сибири, на Алтае, на севере страны, в Германии, а также со своими воспитанниками из Старой Руссы, уехавшими на учёбу в Санкт-Петербург или Москву. Я их заочниками называю. Со всей страны мне присылают фотографии, я их обрабатываю, печатаю, и таким образом их авторы тоже принимают участие в выставках «Фокуса».
— А почему решили и в Старой Руссе создать клуб? Могли бы ведь вести размеренную жизнь пенсионера.
— Не мог забросить своё любимое дело. Мои заслуги в 95-м году были отмечены званием фотохудожника. Я стал членом Союза фотохудожников Молдовы. После переезда в Руссу обратился в районный отдел культуры. Показал свои документы, в том числе и тот, что подписан министром культуры ПМР о том, что мне присуждено звание «Отличный работник культуры». Меня направили в ЦК «Русич», здесь предоставили кабинет под фотошколу для детей. И вместе с супругой мы стали его обустраивать. Пришли школьники, принесли свои снимки. Из них я выбрал лучшие, и уже 10 февраля 2010 года состоялась, так сказать, учредительная выставка «Фокуса».
— Какой снимок считаете удачным?
— Люблю, чтобы фотография передавала жизнь. Помню, в парке Рыбниц надо было поснимать цветочки. А на лавочке сидит мужчина с бутылкой воды и краюхой хлеба и говорит мне с горечью: «Зачем их фотографировать? Меня сфотографируй. Я был лучшим токарем на заводе. А меня сократили». Или когда в середине 80-х делал серию снимков про Красноярскую ГЭС и реку Бирюсу, хотел показать не только красоту, но и бесхозяйственность. Там на двух тысячах квадратных километров был затоплен лес. Чудовищная картина!
— А часто грозили вам пальцем, чтобы не снимали что-то не очень приглядное?
— Бывало. В Рыбнице мне надоело, что со сцены всё время говорили, какой она чистый город. Между тем вокруг много свалок. Вот наш фотоклуб и решил устроить выставку о мусорном безобразии в фойе дома культуры. В администрации города потом интересовались, почему допустили её проведение. На меня косились. Но самые крупные свалки были засыпаны землёй.
— С вашей точки зрения, в чём отличие фотографа от фотохудожника?
— Для меня самого эта тема является злободневной. Вот на областном фестивале-выставке, состоявшемся не так давно в Новгороде, один участник, считающийся продвинутым, заявил, что здесь, мол, половина работ любительские. Может быть, он имел в виду снимки нашего клуба? Я нашёл его фотографию, и на мой взгляд, она была выполнена любителем. Хорошая фотография передаёт настроение. И вместе с этим в ней должны быть соблюдены все критерии по свету, цвету и т.д. Тогда и разбираться не придётся, профессионалом или любителем она сделана. И ещё. Когда человек говорит, что он уже всё знает, профессионального роста от него ждать не стоит.
— В «Фокусе» на вашу критику обижаются?
— Случаются казусы. На выставки фотографии обычно отбираю я. Некоторые бракую, а на меня обижаются, что я их неправильно оценил. Даже дирекции на меня жаловались, когда я отказался обрабатывать на компьютере чужие снимки. Я могу показать, как это делается. Но за другого его работу выполнять не собираюсь. Иначе это иждивение получается. Не нравится мне увлечённость лайками под фотографиями в социальных сетях. А дипломы, которые там раздают, по большому счёту, на авантюру смахивают. Сейчас же как: кто фотоаппарат купил, тот и фотограф.
— Какие выставки на этот год ещё запланированы?
— Как правило, в год «Фокус» проводит пять-шесть выставок. Жизнь у нас бьёт ключом. Так, вместе с экспозицией, посвящённой пятилетию клуба, пройдёт персональная выставка восьмиклассницы Дарьи Трошкиной. Есть договорённость с новгородским Центром современного искусства, что в мае там состоится моя выставка, на которой я представлю работы разных лет.
— Владимир Павлович, у вас очень интересная фамилия. Знаете её происхождение?
— Я родился в Сибири, в Иркутске, по национальности я русский. Правда, литовцы, когда служил в армии, меня принимали за своего, поскольку моя фамилия заканчивается на «с». Однако отец мой был из Харькова. В свою очередь его отец рассказывал, что фамилия наша французская, первоначально звучала как Манжас. Есть версия, что таким образом след оставил кто-то из наполеоновской армии.
Анна МЕЛЬНИКОВА
Опубликовано в газете 4 февраля
