Уедем, бросим край докучный

 Так хочется в студёном январе если не искупаться в летнем тепле и свете, так хотя бы вспомнить, как это было… Кстати, особенно вспомнить нечего тем, кто провёл лето в Пестове. Пара жарких дней в июле, тёплое начало августа — вот, пожалуй, и всё. Конечно, у тех, кто нежился на пляжах полуденных стран, воспоминания о канувшем в лету лете более яркие. Однако, в связи с известными событиями в России и мире, по карману это было немногим. Поэтому, руководствуясь соображениями экономии, здравым смыслом, ориентируясь на установку руководства страны и правительства Новгородской области об импортозамещении, подгоняемый Музой дальних странствий, я взял курс на исследование Отечества нашего… Ну, хотя бы той его части, что в пределах досягаемости.

 Да, вот с досягаемости, пожалуй, и начну. Дело в том, что в декабре позапрошлого года, в предчувствии всех этих долларовых скачек с препятствиями, я продал свою 3,5-летнюю, проверенную временем, дорогами и скоростью «Дэушку» цвета спелой вишни. Да не сочтут уважаемые читатели это за скрытую рекламу — по уровню комфортабельности она уступала каким-то из своих собратьев, но по «крепости» была настолько надёжна, что даже перед дальней поездкой я был в ней уверен на 99%, и никогда она не подводила. Два раза на Крайний Север: Кольский и Рыбачий полуострова, два раза — страны Балтии и Польша. Про путешествия по центральной России я уж и не заикаюсь. А так долго рассказываю об этом потому, что на старте отпуска (по различным причинам не очень продолжительного) я раздумывал над тем, какой же вид транспорта мне избрать для реализации программы по туристическому импортозамещению и одновременному покорению бескрайних просторов нашей Родины. Конечной точкой путешествия в Год литературы я избрал сельцо Большое Болдино, что в Нижегородской области. Думаю, многие уже догадались, почему именно его. Итак, вариантов было почти три. Первый, обкатанный ранее, но самый продолжительный по времени и затратный по средствам — поезд. Времени, как я уже говорил, было в обрез. Средств чуть побольше, но, главное — пропадала самая очаровательная составляющая любого путешествия: по пути к намеченной цели открывать новые пространства, горизонты, людей. Горизонты — только из окна вагона, напичканного пищащими детьми и курящими мужиками, а новые люди — только соседи по купе… Нет! Не годится!

Вариант второй — автобус. Менее затратно, более быстро, но… эх, автобус ты рассейский, любил бы я тебя, когда б не пыль, не грязь!.. К тому же, нужно пересаживаться, ждать, догонять… Нет! Не годится!

 Остаётся последний вариант. Раскрыв двери гаража, смотрю на него. Точнее, на неё. В темнотах гаражной пасти белеет «копеечка» — ВАЗ-2101 1977 года рождения. «А что, если… Нет, это же безумие! Старушка «крякнет» где–нибудь, не доезжая Калязина, и потом названивай родным и близким, отрывай их от дел, уговаривай, чтобы тебя вместе с нею волокли на аркане домой!», — рассуждал я, любовно поглаживая её хромированный бампер. «Нет, нет, не стоит!», — уговаривал я себя, усаживаясь в низкорослое её сиденье. «Ну, ни к чему это, честное слово!», — безнадёжно бросал я, поворачивая ключ в замке зажигания. «Глупейшая затея», — блеял я, выезжая из гаража…

 В продолжение этой знаменитой фразы из не менее знаменитого романа Остап Бендер хотел ударить заодно ещё и по бюрократизму. Но здесь-то у нас как раз всё вышло гладко. Без волокиты и проволочек. Из многочисленных приглашённых мною в увлекательное путешествие только крестник, рок-музыкант из Архангельской области, немедля прилетел в полной боевой готовности. Пестовские же друзья-товарищи, избалованные, как полагается жителям «столицы джипов» и «деревни миллионеров», не пожелали пилить на некомфортабельной «копейке» семьдесят лохматого года и вежливо отказались. Оно и понятно, ни тебе кондиционера, ни климат-контроля, ни мягчайших кресел, в которых нельзя не утопить чресел… Немного забегая вперёд, скажу, что полпути к нам пристраивались и сопровождали какое-то время, из города в город, другие друзья-знакомцы, но совершить полноценный автопробег протяжённостью в 2,5 тысячи километров на бабушке советского автопрома никто не отважился. Ну и ладно. Им же хуже…

 А, действительно, плохо ли, осмотрев достопримечательности очередного городка, расположиться вдали от шума, на брегу прекрасного озера или полноводной реки?! Неспешно жарить шашлычок, закидывать удочки, петь под гитару, засыпать в палатке под угасающий стрёкот цикад, а просыпаться под радостный гомон ранних птах… Наверное, этого не поймет тот, у кого работа не такая кипящая, не столь беспокойная, как у меня, не столь насыщенная бесконечным общением с многочисленными людьми, перемещением из одной точки района в другую и т. д. О том, чтобы недельку-другую поваляться на диване, читая книги и просматривая фильмы, приходится только мечтать. В прошлом году удалось пожить так лишь два дня. А здесь — выключаешь мобильник, и время останавливается. Вот древний Суздаль, вот Покров на Нерли, леса, поля. Наверное, так же смотрели на эти холмистые пейзажи витязи войска Андрея Боголюбского, так же в звёздное небо вперивал взгляд Андрей Рублёв, расписывавший Успенский собор во Владимире …

 Однако прочь лирические отступления! Преодолев на «копейке» барьеры и препоны лесновской дороги, через Максатиху — на Кашин!

 Это можно сделать запросто. Причём отведать не только каши, но и прочих блюд традиционной русской кухни. Обыкновенно Кашин лишь мелькает за окном автомобиля пестовчан, спешащих в города более значимые, раскрученные и трендовые. Ну что там какой-то Кашин в сравнении с Переславлем-Залесским, например?! Так думал и аз, грешный, до сего момента. Ехали мы не торопясь. Решили за-ехать перекусить и… я растаял. Старинные торговые городские ряды из красного кирпича! Почти петербургские дворы-колодцы! Арки, подворотни, улочки, то убегающие на косогор, то спускающиеся в дол. Величественный храм с мощами Анны Кашинской, подымающиеся к небу сквозь дерев то там, то здесь купола монастырей…

 Кстати, после каши, коею вас окормят весьма обильно в славном граде сем, не премините ознакомиться с продукцией местных виноделов… Точнее, ликёро-бальзамо-настойкоделов. Уж очень их изделия приятны на вкус…

 Из Кашина через Калязин пустились мы на Переславль. Конечно же, не мог я проехать мимо знаменитой «плавающей» калязинской колокольни. Завернули. Ай, хороша! Ай пригожа! Причём при любой погоде. Когда на озере волны, она будто сама плывет, распустив парус. Когда яркое солнце и штиль, она открыточно отражается в вод-ной глади. Живописна также и набережная, неспешно спускающаяся к пучинам: булыжная мостовая, старинные домики с причудливыми балконами, многочисленные коробейники с сувенирами местного производства. Кстати, внимание! Купил я, по безрассудству своему, на этой набережной себе изящную глиняную турку за 450 рублёв ассигнациями. Девушка-продавец активно её расхваливала, расписывала все прелести огнеупорной посуды из экологически чистого материала. Так вот, турка эта дала трещину по днищу после первой заварки, а после пятой рассыпалась в прах и черепки… Так что, дорогие туристы, будьте предельно внимательны! Там же купил я себе шикарнейшую фотокнигу «Города под водой» обо всех ушедших на дно Рыбинского водохранилища древнерусских городах. После первой и даже пятой читки книга не развалилась!

 Пропускаю наши замечательные ночлеги, рыбалку на Плещеевом озере в Переславле-Залесском, посещение его крепостей и монастырей, так как я писал уже об этом городе, как и о Юрьеве-Польском, его музеях в прошлом году, и встаю на муромскую дорожку, на которой, как всем известно, стояли три сосны. В смысле, ту самую, которая ведёт нас в славный и древний город Муром, родину богатырей и столицу супружеской верности.

 (Продолжение в следующих номерах).