На конкурс «Опалённые войной» своё сочинение представил ученик 7 А класса школы № 2 Александр МИШУКОВ:
Мой прадед Мишуков Семён Иванович был призван на войну 25 мая 1942 года. Имел звание старшина разведроты. Награждён медалями «За взятие Берлина», «За победу над Германией». Он прошёл славный боевой путь в этой жестокой и трагической войне, и ему повезло – он вернулся живым. Но сегодня я хочу рассказать об одной из самых страшных страниц Великой Отечественной войны – блокаде Ленинграда на примере двух величайших представителей элиты российской науки и культуры Д. С. Лихачёве и И. С. Глазунове.
Военная блокада города Ленинграда немецкими, финскими и испанскими войсками с участием добровольцев из Северной Африки, Европы и военно-морских сил Италии длилась с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года – 872 дня.
Илья Сергеевич Глазунов, советский и российский живописец, ребёнком пережил блокаду Ленинграда, а отец, мать, бабушка и другие родственники погибли. В 12 лет его вывезли из осаждённого города через Ладогу по Дороге жизни. Вот что он вспоминает: «Однажды я добрался до крохотной каморки, там жила наша родственница – тётя Вера Григорьева. Она переехала к нам два месяца назад, когда её дом разбомбили. Приоткрыв дверь, я увидел: она лежит в постели в зимнем пальто, закутанная в платок, под старыми одеялами. С её объеденного лица прыгнули в мою сторону три огромные крысы. Я успел закрыть дверь... В доме 4 трупа... Запаха нет, потому что вся квартира была огромным холодильником... Первой решили хоронить бабушку. За деньги не хоронили, только за хлеб. Но мама и тётя Ася с трудом уговорили дворничиху тётю Шуру взять два дневных пайка хлеба – 250 граммов и 100 рублей. Тело замотали простынёй и зашили. На углу были вышиты инициалы бабушки «Е. Ф.». Дворничиха обвила бабушку верёвкой и привязала к моим детским санкам. Она обещала отвезти и похоронить её на Серафимовском кладбище. Спустя несколько дней после организации бабушкиных похорон я снова вышел на улицу. Во дворе стоял грузовик: по городу время от времени ездила спецбригада, собирала мёртвые тела. Из-под лестницы нашего дома выносили трупы. Это были скелеты – некоторые в грязном белье, некоторые в пальто, некоторые запорошенные снегом, с сумкой, – они умерли прямо на улице... Гора одеревенелых от мороза мертвецов в машине всё росла – их кидали, как дрова. И вдруг я увидел, как выносят труп, привязанный к моим детским санкам... Я подбежал к грузовику и прочитал: «Е. Ф.»...
Дмитрий Сергеевич Лихачёв – советский и российский академик, тоже находился с семьёй в блокадном Ленинграде. Из воспоминаний Д. С. Лихачёва: «Я видел однажды страшную картину. На углу Большого и Введенской помещалась спецшкола, военная, для молодёжи. Учащиеся там голодали, как и всюду. И умирали. Наконец, школу решили распустить. И вот кто мог – уходил. Некоторых вели под руки матери и сестры, шатались, путались в шинелях, висевших на них, как на вешалках, падали, их волокли. Лежал уже снег, который, конечно, никто не убирал, стоял страшный холод. А внизу, под спецшколой был «Гастроном». Выдавали хлеб. Мальчишки, особенно страдавшие от голода (подросткам нужно больше пищи), бросались на хлеб и сразу начинали его есть. Они не пытались убежать: только бы съесть побольше, пока не отняли. Они заранее поднимали воротники, ожидая побоев, ложились на хлеб и ели, ели, ели»...
Больше всего меня поразило, как эти дети, практически мои ровесники, выжили в этом аду. Как остались людьми. Какую цену готов заплатить народ, чтобы его страна осталась свободной. Читая дневники воспоминаний этих двух выдающихся людей, ещё раз убеждаешься – есть вещи, о которых нельзя забывать...
Подготовила к печати Оксана ЕГОРОВА
Фото из Интернета
