Когда неуправляемые подростки взрослеют, вред от них увеличивается в разы.
В самом начале нынешнего мая жители Уторгоши заволновались — что-то не видно в округе одного из соседей, Николая Б. Жил он в последнее время один: с женой давненько разошлись, с сыном, как тот потом пояснит, почти не созванивались, потому что отец всё время терял телефоны. Был Николай инвалидом по зрению и получал пенсию по инвалидности — на неё и жил.
Человек пропал
И вот, несколько дней мужчина не показывался на улице, а перед исчезновением люди видели его с сильно разбитым лицом — в таком состоянии он приходил к одному из соседей и просил одолжить ему две тысячи. Раньше, бывало, Николай занимал у знакомых деньги, но немного, сотню или две. И долг всегда возвращал с пенсии. А в тот раз просил сумму немаленькую, и кредитор отказал.
После полученной тревожной информации оперативники МО МВД России «Шимский» приехали в Уторгош и стали опрашивать соседей потерявшегося гражданина, проверять места, где тот мог находиться, но не нашли. Дом был закрыт на замок. Стучали в дверь, звонили, но никто не отозвался. Решили осмотреть его жилище. Полицейские пригласили представителей администрации и вскрыли заднюю дверь, в деревенских домах это — вход со двора. Зашли в помещение и увидели тело мужчины, который лежал на полу в кухне лицом вниз. Свидетели опознали хозяина.
«Со следами насильственной смерти»
При первичном осмотре стало понятно, что человек мёртв уже несколько дней. На его оплывшем лице и теле были следы побоев, а на полу и постельном белье — характерные пятна бурого цвета — обычно экспертиза даёт заключение, что это следы крови.
Позже судмедэксперты установят причину смерти — закрытая тупая черепно-мозговая травма с тяжёлым ушибом головного мозга. От этого случилось кровоизлияние под оболочки мозга, отёк, нарушение и затем прекращение функции центральной нервной системы, остановка сердечной деятельности и дыхания. Судмедэкспертиза дала заключение о множественных ссадинах и кровоподтёках на голове и теле исследуемого трупа. А тупая травма головы образовалась от совокупности (не менее восьми) травматических воздействий тупыми твёрдыми предметами с ограниченной повреждающей поверхностью. Смерть Николая наступила более чем за трое суток до момента исследования трупа в морге.
Люди вспомнили, что за несколько дней до того, как человека обнаружили мёртвым, к нему в дом несколько раз заходили двое молодых парней, один из которых — Сергей Карпов.
...Оторвавшись от веток
Сергей недавно достиг совершеннолетия, а до этого славного возраста успел изрядно попортить нервы руководству и воспитателям детского дома, куда его поместили после лишения родителей прав на сына и после того, как родная бабушка, взявшая паренька под опеку, с его воспитанием не справилась. Из казённого учреждения Серёжа раз за разом пускался в бега, но всегда возвращался к бабушке и снова оказывался в детском доме. Был замечен в кражах, которые воспринимал как шалость. В итоге в свои восемнадцать лет парень является гражданином с неполным средним образованием, не обучающимся и не работающим. Похоже, единственная его цель в жизни — свобода. Свобода человека, необременённого никакими обязательствами ни перед кем. Он ведь и из детдома сбегал не потому, что там плохо, а единственно по той причине, что жизнь в нём была расчерчена и размерена определёнными рамками и правилами, разделена на «можно» и «нельзя». Так сложилась его судьба, что в родительском доме никаких таких особых правил не заводилось, и выходило, что дома он был сам себе хозяин. Ребёнок стал «большим мальчиком», и оказалось, что милая его сердцу «свобода» радости приносит всё меньше, а выживать в большом мире всё труднее. Истин о каких-то там основных ценностях он не познал и мотался по миру, как сорванный ветром осиновый листок. И дружки были подстать, тоже оторванные от веток листочки. Оторванные неумолимым вихрем жизни, им неведомой. Примерно как шестнадцатилетний Лёнька Юрков (имя и фамилия несовершеннолетнего изменены).
Внучата подросли
Сергей и Лёня в один из последних апрельских дней занимались любимым своим делом — бездельничали. Первый вспомнил: бабушка говорила, что Николай должен ей и не отдаёт деньги, примерно полторы тысячи рублей. Он уже ходил к должнику и обещал, что, если тот не вернёт всю сумму, он его побьёт. Почему бы и нет — банковские коллекторы именно так порой и поступают.
Собственно говоря, отношения Сергея с этим пьющим немолодым мужчиной были, можно сказать, дружескими. Николай одно время даже жил вместе с его бабушкой, они помогали друг другу в делах, ходили в николаеву баню, случалось, скидывались и выпивали. И вот раз в феврале бабушка с дедушкой (а Николай и звал Сергея не иначе, как своим внучком) справляли какой-то праздник. Потратилась одна бабушка, а Николай обещал вернуть долг (примерно полторы тысячи) с пенсии. Обещал, да так и не отдал почему-то. Вообще-то такого за ним не водилось, человек он был простой, тихий, любил пошутить. А если выпивал, и даже пил запоями, то никогда ни с кем не скандалил, напьётся и — спать. Вытребовать у такого денежный долг, казалось, проще простого.
Пришли парни в дом Николая и встали в очередной раз над его душой. А тот опять сказал, что денег пока нет. И тогда «внучок» взял, да и ударил дедушку кулаком в лицо, потом ещё... А что тот — только защищался, закрывая лицо руками. Потом подскочил Лёня и тоже стал бить Николая, который в конце концов упал на пол. По показаниям Сергея, которые много позже будут оглашены в суде, Юрков бил кулаками и ногами, а когда тот лежал на полу, то даже «бил пяткой по голове с верху вниз, наступая». Как можно бить, наступая на голову? По-моему, только прыгать на этой голове, хотя, возможно, ещё каким-то способом — трудно представить. Потом Сергей Лёню остановил, и они ушли.
«Чистенькие» — неужели?
А пошли они ... в баню. Причём она принадлежала избитому. Попарились, помылись, после баньки выпили (интересно, на что?) и чистенькими, свеженькими и весёлыми решили проведать свою жертву.
...Человек лежал на полу с окровавленным лицом. Парни подтащили его к кровати и усадили. Карпов взял ведро с водой и плеснул человеку в лицо, чтобы тот очнулся. И они ушли. Но на следующий день явились опять и увидели, что натворили с лицом Николая — его было трудно узнать. Тот сидел за столом с одним из соседей, который стал их укорять, дескать, что же вы так человека изуродовали? Им, допустим, даже стало жаль пострадавшего, и они сказали, что больше не будут.
Кто не помнит детскую извинялку: «Простите, я больше не буду». Утирая мокрые от слёз щёки кулачком и опустив в пол глаза, каждый из нас произносил её, когда мама или папа, или учительница ругали за шалости. То, что случилось весенней ночью в Уторгоши, к беспечным проказам детей отношения уже не имеет.
В Шимске 20 октября, в открытом судебном заседании Солецкого районного суда был оглашён приговор. Сергей Карпов и Леонид Юрков признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 4, ст. 111 УК РФ — умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённого группой лиц, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего. Карпову назначено наказание в виде 6 лет 10 месяцев лишения свободы с отбыванием срока в исправительной колонии строгого режима. Юрков приговорён к 4 годам 3 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии. Государственным обвинителем на процессе выступал прокурор Шимского района Константин Николаевич СТЕПАНОВ. Он и рассказал нам эту историю, типичную, в общем-то, для нашей сельской местности. У людей нет денег, нет работы, нет стимула как-то наладить свою жизнь. За полторы тысячи — да что там, часто и за гораздо меньшую сумму, человека могут убить или избить до полусмерти. Страшная жизнь настала на селе, если, можно сказать, малолетки, внучата могут вот так вот, походя, по неосторожности, лишить человека, который годится им в дедушки, жизни. А если бы Николаю повезло и он получил не столь серьёзные травмы и выжил? Никуда бы он, поди, и не пожаловался и продолжал существовать до следующего раза. Свидетели говорят, «внучок» поднимал на него руку и раньше.
Приговор в законную силу пока не вступил. Осуждённый Карпов подал апелляционную жалобу в судебную коллегию по уголовным делам Новгородского областного суда.
