Наш собеседник — врач-невропатолог, психолог Ирина Липатова
— Ирина Анатольевна, скандальные дискуссии в соцсетях чаще всего являются грязным потоком подсознания их участников. То есть, выйдя на улицу, мы — человек-день, а погружаясь в виртуальную реальность — человек-ночь. Почему такое происходит?
— Механизм удобный. Если человек регистрируются как фейк (аноним) — кто его заставит этические нормы соблюдать? Он и есть само подсознание, порог безнаказанности отсутствует. Ограничения в общении устанавливают родители (молча ешь кашу по утрам, не спорь с учителем, голосуй на выборах) и мы сами (я Иванову за локоть не ущипну — у нее муж начальник, а соседу не скажу, что его собака меня достала — он мне картошки обещал дать). А в соцсети — все можно.
Если человек выступает под своим именем — он лишен возможности увидеть реакцию собеседника на свои слова. Как мы общаемся в реальной жизни? Сказанное — это только треть информации, мы оцениваем интонацию собеседника, его мимику, выражение его глаз. И понимаем: еще оно дерзкое слово — и я получу кулаком в лицо. И поток брани прекращается. А когда мы читаем просто текст в комментарии, то не видим обратной реакции человека. Заплакал ли он, покраснел или уже топор ищет. Поток оскорблений приобретает лавинообразный характер, пробивая рамки социальных приличий.
— А зачем нам это нужно?
— Ну как зачем? Мы социальные существа и имеем потребность в общении. А именно в нашей стране, по ряду в том числе исторических причин, мы этого делать не умеем.
Вы думаете — почему у нас процветает пьянство? Потому что нетрезвый человек получает бонус — поговорить по душам. Мы не умеем за чашкой чая раскрыться так же, как за рюмкой водки! Выпив — искусственно снимаем межличностные барьеры.
Высказался в соцсети, полайкал кому-то, кто-то полайкал тебе. Вот и замена живого эмоционального общения, суррогат. Чаще всего такой человек не смог построить общение на работе, не добирает эмоций в семье.
— Дети копируют поведение родителей. И если разговоры в семье кружат вокруг того, кто какую гадость выложил в «Подслушано...», если фоном каждого вечера идет «Пусть говорят», где главный аргумент «закрой свой рот!», — как будут отстаивать свою точку зрения они? Как же классика спора — логика, риторика, этика? Или кто громче и грязнее крикнул — тот и прав?
— Лишь только ребенок идет в 1 класс — родители покупают ему телефон. Оправданно и удобно — всегда можно узнать, где находится чадо. Чаще всего телефон сенсорный — значит там есть игры, закачки и т.д. Что раньше делали первоклашки, выходя на перемену? Бегали, толкались, разбивали носы, дружили друг с другом и друг против друга. Учились межличностному общению. Что делают они на переменах сейчас? Достают телефоны. Они не приобретают навыка общения ни с другом, ни с врагом.
В летнем лагере с учениками младших классов мы попробовали говорить друг другу добрые слова. Садились в круг и пытались похвалить соседа справа. Оказалось — дети не знают добрых слов! Вспомнили «Доброе утро!», «Приятного аппетита!» — и всё. Им даже трудно зафиксировать взгляд на собеседнике.
Что же говорить о подростках из сложных семей? Занимаясь с ними, я считаю большим достижением, когда на 3 занятии они перестали говорить друг другу «Сдохни, гнида!».
— Может быть, тогда стоит учиться принимать негатив в терапевтических дозах? Зашел в «Подслушано...», возразил какому-то фейку, прочитал прилетевшее тебе ведро помоев. Утерся, помедитировал, пошел спать?
— Нет, чужого негатива не нужно. Никто не обязан принимать его на себя. В течение жизни мы и так вынуждены участвовать во множестве навязанных нам неприятных ситуаций. Если диалог конструктивный — участие в нем имеет смысл. Остальное — во вред.
— А Вы сами бываете в соцсетях?
— Это шикарные информационные ресурсы. Можно скачать редкие лекции, можно консультироваться с коллегами (впоследствии переходя на сообщения на электронную почту). Доступны изменения в законодательной базе с профессиональными комментариями. Все то, что без Интернета я бы вообще никогда не нашла.
Я мама двоих детей, у меня есть страничка ВК, я общаюсь с друзьями, с которыми меня разделяют большие расстояния.
В скандально известной группе «Подслушано в Любытино» я тоже была, но не нашла для себя там ничего интересного. Как информационный ресурс — это ноль, а просто посидеть, полистать комментарии... скучно.
— Я обратила внимание — сообщения из «Подслушано...» цитируют на улицах неглупые люди. Видя это, я представляю, как взрослый, воспитанный по всем нормам этики и морали человек глубоким вечером, таясь от жены и детей, залезает в группу, которую сам называет информационной помойкой, и читает 100 комментариев к посту о гомосексуалистах. Что с нами не так?
— Так любопытно же! Кого-то хают, а я-то лучше. У кого-то в голове бардак, а у меня-то нет. Унизить или наблюдать за унижением другого — это не требует внутреннего роста, базы, воспитания себя.
Радоваться успехам другого человека способен не каждый. Для этого необходим серьезный жизненный опыт, личностный рост, нередко — опыт переживания личной трагедии. Но именно умение сорадоваться — единственный путь выживания. Все остальное — дорога вниз, она не требует усилий, поэтому она легче.
Кира СОБОЛЕВА
Фото автора
