Взгляд не на тело человека, конечно, а на работу одного отделения Солецкой ЦРБ.
Информационный повод написать о медицине скоро будет — день медицинского работника приближается. Но, как обычно пишем мы о медиках? Приходишь к главному врачу, он рекомендует человека, который достоин статьи в газете, идешь к нему, беседуешь.
У меня повод выдался совсем другой. Проведя 10 дней в хирургическом отделении Солецкой ЦРБ, я поняла, что не написать об этом не могу. Сначала была молчаливым наблюдателем, пока страдала от своей немощи и жалела себя любимую. Но когда организм пошёл на поправку, мозг тоже решил включиться в работу, — стала я приставать к медсёстрам и к доктору с разговорами о работе — их работе.
Взгляд со стороны
Поначалу мне было немного не по себе, так, что я просто смотрела на происходящее вокруг и воспринимала это как другую реальность.
Лежишь под капельницей, а по коридору разносится требовательное: «Наташа-а!», в ответ немедленно: «Иду-иду», и заспешили быстрые шаги медсестры, снимать злостное приспособление с тела человека. Интересно, что на следующий день в коридоре так же гармонично звучало совсем другое имя: «Фируза-а!», а ответ тот же поспешный и движения быстрые.
В моей палате лежит совсем неходячая бабушка, около неё почти всегда дочь или внучка. Но медицинский персонал тоже всё время рядом, помогают бабушку помыть, переодеть, перевернуть, спрашивают как она себя чувствует. А бабушка таким тоном каждого подошедшего к ней благодарит, что ей снова и снова хочется чем-то помочь.
Коллектив
Наталья Кудрявцева — медсестра.
— В августе будет 22 года, как я работаю в хирургическом отделении, — делится Наталья Игоревна, — как пришла после училища сюда, приняли меня сначала на место декретницы, так всё время и работаю.
— Так и мечтали быть медсестрой?
— Да, у меня мама медсестрой работала, я знала, что это за профессия. Теперь дочка на фельдшера учится. В нашей профессии главное хотеть людям помогать, если есть это желание, то и знания, и умения будут.
У Натальи лёгкая рука, это все говорят.
— А пациентов всех помните?
— С постоянными, кажется, и не расстаёмся никогда. Есть больные, которым необходимо 2 раза в год в отделении лечиться. «До свидания, — говорят они мне, — теперь до осени!». Не успею оглянуться, снова им капельницы ставлю.
Эрадж Шодиев — хирург, уже 12 лет работает в Сольцах. Бабушка с соседней койки шепчет мне: «Я осенью лежала в круглосуточном стационаре, доктор — он всё время здесь!».
— Правда, доктор, что Вы всё время на работе?
Доктор улыбается снисходительно, когда разговариваешь с ним возникает стопроцентная уверенность, что он познал дзен. Наверное, поэтому каждое его слово воспринимается как что-то правильное и непоколебимое.
— Да. Меня могут вызвать в любой момент 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Конечно, я хожу домой, ем, сплю, но телефон никогда не отключаю. Мало ли что может произойти, понадобится моя помощь, звонят в любое время. В нашей профессии отказывать нельзя.
— А какие операции проводите чаще всего?
— Грыжи, экстренные раны, переломы, вывихи, укусы собак, ожоги. Всё это к нам в любое время дня и ночи. Приезжают дачники и отправляются борщевик косить — потом прямая дорога в хирургию. Экстренную помощь тоже на месте оказываем, когда человека нельзя транспортировать в областной центр. Потом через реанимацию отправляем в Новгород.
— Вы приехали из Таджикистана?
— Да, работал хирургом в Душанбе.
— Скучаете по солнечным краям?
— Привык уже здесь!
— Пациентов по историям болезни помните или в лицо?
— Помню внешний вид, а историю стоит открыть — сразу вспоминаю подробности лечения.
— Вы в хирургии главный. Какой у Вас коллектив?
— Отличный! Сплочённый! Медсёстры все очень опытные, у них высокая квалификация, работать с таким коллективом одно удовольствие. Медсестра хирургического отделения может даже рану зашить, гипс наложить, если неосложнённый перелом. Иногда консультируются со мной по телефону, что лучше сделать тому или иному пациенту. Теперь техника позволяет, они мне и фотографии присылают ожогов, ран — я консультирую на расстоянии, чтобы машину за мной не гонять.
Фируза Низамова — стаж работы медицинской сестрой с 1997 года, приехала в наш город из солнечного Самарканда.
— С 2013 года, как приехала в Сольцы, — рассказывает Фируза Джураевна, — работаю в хирургическом отделении. Здесь медсестра нужна была, меня сразу взяли. Я с юных лет мечтала стать медицинским работником.
Лариса Пешина — старшая медсестра стационара.
— В августе уже 37 лет будет, как я в хирургическом отделении работаю, — говорит Лариса Борисовна.
— Почему у вас всех отсчёт с августа идёт?
— Потому что 1 июля у нас был выпускной из Новгородского медицинского училища, месяц отпуск , а с 1 августа мы должны были приступать к работе. В дипломе у меня написано «Детская медицинская сестра», я планировала учиться на педиатра, и направление было в Ленинградский институт. И в Новгороде оставляли работать после окончания училища, но так мне хотелось домой — в Сольцы, к маме. Надоело в областном центре за годы учёбы на съемной квартире жить. Вот так моя работа навсегда оказалась связана с хирургическим отделением. Вышла замуж и в институт учиться уже не поехала. С 1982 по 1986 год работала постовой медсестрой, до 2018 года — старшей медсестрой в хирургическом отделении, а теперь я старшая медсестра стационара. Работы в 4 раза больше, 4 коллектива. Снабжение лекарствами, больничные листы, санэпидпроблемы, графики отпусков, табели рабочего времени, повышение квалификации персонала, — нагрузка у меня большая.
— Куда Вы с корзиночкой ходите?
— За лекарствами, шприцами, системами. С утра надо выдать по всем отделениям. Раньше у нас в хирургии 60 коек было, народа в Солецком районе жило гораздо больше. Я помню времена, когда операционная практически не закрывалась, постоянно оперировали.
Медсестра спешит на помощь
На посту собрались медицинские работники.
— Пациенты какие сейчас?
— Люди стали требовательные очень, хотят получить всё и сразу. Считают, что мы им обязаны. А сейчас сами видите какая нагрузка на медсестру! Раньше была и палатная, и процедурная медсёстры. Конечно, находилось время и посидеть около бабушки, и поговорить. Теперь же медсестра должна одна всё успеть — капельницы, уколы. Причем все пришедшие на дневной стационар спешат куда-то, просят непременно им первым капельницу поставить. А если в приёмный покой кого-то привезли, а вдруг он не транспортабельный — берём всё с собой и гипс в приёмном покое накладываем или зашиваем рану. Рентген уже сколько времени в больнице не работает. Не редкость у нас такая картина — привозит ночью «скорая» больного, ему нужен рентген, собираем бригаду, поликлинику открываем, больного несём, делаем рентген, потом несём, везём обратно в отделение.
Сейчас одна медсестра на отделение, а лежит в нём, например, сегодня 18 человек, большинство на дневном стационаре, но есть и те, кто круглосуточно нуждается в уходе и внимании.
«Со мной никто не поговорит», — иногда жалуются бабушки, а когда медсестре успеть ещё и побеседовать о жизни, если после 15.00 хирургическое отделение превращается в травмпункт. Поликлиника закрыта, и все укушенные клещами, собаками, поцарапанные котиками, обжегшиеся борщевиком и кипятком, упавшие с лестниц — все идут к нам. Медсестра тащит клеща, гипсует, мажет, перевязывает. И это круглосуточно!
В хирургическом отделении работают всего четыре медсестры, ещё Елена Сугробова и Светлана Рябова.
Оптимизация
Ко мне подходит бабушка, она ищет тех, кто остается в больнице на ночь. Её сегодня привезли из Шимска. Конечно спрашиваю, легко ли ей далась госпитализация в Сольцы, ведь в Шимске стационар закрыли.
— На забастовку ходили?
— Нет, не ходила, ноги у меня больные, а письма подписывала. Ведь мне надо 2 раза в год в больницу ложиться. И вот настало время, а стационара в Шимске нет, и врачи все новые. Осмотрел меня незнакомый доктор, дал направления на анализы, которые надо сдать в Новгороде и в Шимске, и бумажку с номером телефона хирурга из Сольцов, чтобы я сама ему позвонила и о госпитализации договорилась. Мне 80 лет уже! — восклицает бабушка, — пришла я домой с этими бумажками и обезумела.
Я вполне понимаю, что она вкладывает в это понятие: «Обезумела». Надо поехать в Новгород анализы сдать, потом съездить забрать, надо доктору незнакомому позвонить. Отчаяние толкнуло на разумный шаг:
— Позвонила я в журналистику, в газету «Шимские вести», сказала: вы же писали, что «скорая» будет больных в Сольцы на госпитализацию доставлять, а со мной почему по-другому поступают? Через два дня мне перезвонила начмед, сказала, что анализы надо только в Шимске сдать, что мой случай вскрыл много вопросов, которые теперь будут решаться, и вот я уже здесь получаю положенное лечение.
— Мы три раза в неделю возим анализы в Шимск, — говорит Лариса Пешина. — Задача шимских коллег организовать сбор пациентов к назначенному времени, чтобы доставка их до стационара была комфортной и не затратной.
Давайте говорить «спасибо»
Разговаривая с медицинскими работниками, я всё время пыталась выяснить, что же ждут они от нас, пациентов, какое наше поведение их порадовало бы, ведь процесс лечения и выздоровления — он совместный.
Мы-то, приходя на лечение, требований предъявляем немало: и внимание нам, и заботу, и профессионализм, и лечение бесплатное, и питание вкусное — всё подай и сию минуту!
А врачи и медсёстры, как оказалось, не так уж много от нас и хотят — благодарности! Искренней благодарности за их работу и уважения к благороднейшей из профессий.
Спасибо вам, уважаемые медицинские работники, за всё, что вы даёте нам бескорыстно и искренне, и пусть пациенты научатся говорить вам добрые слова.
Ольга КАРПОВА
Фото автора
