В марте 1942 года в блокадный Ленинград отправился партизанский продовольственный обоз
Инициативу подготовки обоза часто приписывают командованию 2-й партизанской бригады — ее командиру Герою Советского Союза (1944) Николаю Васильеву и комиссару Сергею Орлову. Но это часть правды. Однако никто из ветеранов партизанского движения не мог в свое время назвать имена конкретных людей, высказавших эту благородную идею. Но верно, что Васильев и Орлов поддержали ее с максимальной активностью.
Простые слова
Впрочем, приведем официальную версию. Она помещена в книге Алексея Асмолова «Фронт в тылу вермахта» (1983):
«Большим событием в жизни Партизанского края была организация обоза с продовольствием для трудящихся Ленинграда. В первой половине февраля 1942 г. я прилетел в Партизанский край из Валдая и на совещании командного состава партизанских отрядов и бригад рассказал о тяжелом положении с продовольствием в блокированном Ленинграде. Комиссар 2-й партизанской бригады С.А. Орлов предложил организовать сбор продовольствия для голодающих ленинградцев, снарядить обоз и переправить его через линию фронта. Предложение комиссара нашло живейший отклик в Партизанском крае. В короткий срок партизаны собрали 223 подводы с продовольствием весом около четырех тысяч пудов.
Вместе с обозом было направлено подписанное тремя тысячами партизан и колхозников патриотическое письмо Центральному Комитету Коммунистической партии Советского Союза.
«Пусть эти простые слова пройдут через линию фронта, достигнут стен Кремля, возвестят о делах и чувствах советских граждан, временно попавших под фашистское ярмо...» — так начиналось это письмо. — Кровавые фашисты хотели сломить наш дух, нашу волю. Они забыли, что имеют дело с русским народом, который никогда не стоял и не будет стоять на коленях!».
Жители Партизанского края (400 деревень, территория с севера на юг на 120 км, с запада на восток на 80 км охватывала неправильный прямоугольник между Дно, Бежаницами, Холмом и Старой Руссой) в короткий срок собрали более 3500 пудов хлеба, крупы, жиров и других продуктов, а также чек на 127 тысяч рублей, собранных в Фонд обороны и сданных в Валдайское отделение Госбанка.
120 км по тылам
Начальником обоза назначили Федора Потапова, который отвечал за снабжение в Партизанском крае. Готовясь к маршу, три дня ходила разведка по лесам и Рдейским болотам вдоль линии фронта. Выяснилось, что обоз можно провести через фронт между Холмом и Старой Руссой.
Обоз начал свой путь 5 марта из деревни Семеновщина к деревне Нивки (теперь это Псковская область), куда свозили продукты и где после войны был установлен памятник в честь этого события.
Из Нивок обоз, разделившись на семь частей (по 30 подвод), взял курс к линии фронта, до которой было 120 км. При выезде из Нивок в обозе насчитывались 161 сани, а во время следования к линии фронта это число возросло до 223.
Немцы вскоре узнали про обоз, но не могли установить, откуда он вышел и куда направляется. Допуская, что обозные днем могут укрываться в заброшенных деревнях, немецкие самолеты начали обстреливать их очередями зажигательных пуль. Но даже когда обоз остановился в заселенных Березняках, местные жители ничем не выдали его тайну.
15 марта обоз вышел к пристрелянному гитлеровцами большаку Холм — Старая Русса и укрылся в лесу. По большаку проходила линия фронта. Предполагалось, что ее придется преодолевать с боем — для этого уже подошли два ударных партизанских отряда. Но их помощь не потребовалась. Партизанская разведка нашла полуторакилометровый коридор на перегоне большака Каменка — Жемчугово, который охранялся только одним немецким пехотным батальоном.
Выйдя ночью к большаку и обмотав мешковиной лошадиные морды, обозные с нетерпением ждали команды на преодоление последней преграды. И как только охрана обоза выдвинулась на фланги коридора и завязала перестрелку, чтобы отвлечь внимание немцев, Потапов дал команду: «Вперед!».
Сигнальная ракета прочертила небо. Возницы погнали лошадей. Одна за другой по достаточно широкому коридору подводы начали перелетать через большак, приближаясь к заветным ориентирам, где дислоцировались части знаменитой 8-й Гвардейской Панфиловской дивизии, отличившейся в битве под Москвой.
Со стороны Холма к немцам прибыло подкрепление — около 20 машин пехоты. Но гитлеровцы не рискнули ввязаться в бой в неясных для себя обстоятельствах. Эта нерешительность и дала партизанам необходимое время, в течение которого все 223 подводы, преодолев фронтовую полосу, оказались в расположении гвардейцев-панфиловцев, уже поджидавших партизан.
Пункт назначения
Обоз прибыл в Ленинград без потерь, лишь несколько партизан были легко ранены в перестрелке с врагом, и их отвезли в армейский медсанбат в деревне Перигино на берегу Ловати. Перевезенный груз отправили к Ладожскому озеру для переправки в Ленинград по Дороге жизни. Часть обозных вернулась в Партизанский край, других временно оставили в дивизии — для развозки боеприпасов и снаряжения.
По приказу члена Военного Совета Северо-Западного фронта Андрея Жданова в Ленинград была командирована специальная делегация из 10 жителей Партизанского края и 12 партизан — для официальной сдачи доставленного продовольствия. Делегация пересекла линию фронта там же, где и обоз, и по железной дороге добралась до Новой Ладоги. 29 марта ее пригласили на торжество в Смольный. Этот день и считается официальной датой прибытия партизанского обоза в блокированный город.
Кстати, поэтесса Вера Инбер посвятила людям, доставившим обоз, такие стихи:
Спасибо вам, товарищи
и братья!
За все, что вы привозите ему,
Наш город заключает вас
в объятья,
Вас прижимает к сердцу
своему.
Подарки ваши — их мы
не забудем,
Вы жизнью рисковали, их везя.
Спасибо вам! Где есть
такие люди,
Такую землю победить нельзя.
Алиса СЕЛЕЗНЕВА
Опубликовано в газете 12 марта
