Глядя на полузаброшенный дом «в три окна», что находится в центре Выбитского сельского поселения, можно предположить, что жили в нем, в принципе, не так давно, люди весьма зажиточные. Говорит об этом не только его размер, но и прочный фундамент. К этому единому мнению пришли мы со старшим инспектором филиала Федеральной службы исполнения наказаний по Солецкому району Юлией Тимофеевой и сотрудником Комплексного центра социального обслуживания населения Виталием Илларионовым, куда привела нас причина весьма печальная. В этом доме заживо умирал человек. Вернее, все обстоятельства его жизни, которые на момент нашего визита сложились, неизбежно вели его к смерти. По правде сказать, входя в этот дом, никто из нас уверенным не был: жив он или нет.
Промозглые комнаты были окутаны тьмой и зловонным запахом, так пахнет не бедность и даже не нищета. В углу кухни стоял диван с грудой ветхого тряпья. Ничего человеческого мы сначала не заметили. Вдруг ворох ветоши зашевелился, и оттуда показались чьи-то желтые, костлявые запястья. Еще мгновение и на нас смотрели два затуманенных глаза. Человек был жив. Худшие надежды его односельчан не оправдались. Сиплым голосом он прохрипел: «Пить». Мы оглянулись в поисках посуды, но под ногами у нас оказался лишь ржавый бидончик со льдом. В доме, где очень давно не топили печь, все замерзло. Рукой человек указал на пустую бутылку. Воду пришлось просить у соседей. Вернее, у соседки Марии Алексеевны Молевой. Живет она в доме напротив, и была единственной, кто с сочувствием о нем отзывался.
-Хоть он и паразит, а жалко его. Живой ведь человек, - кивая головой, размышляла она, - я все время смотрю на дом и думаю, как он там? Не замерз ли? Помочь-то я ему ничем не могу, мне самой 83 года. С большим трудом с делами домашними справляюсь.
Мария Алексеевна пригласила нас к себе, но проходить мы не стали, а попросили лишь воды для ее соседа. Она налила в бутылку крепкого сладкого чая и передала ее Виталию Николаевичу.
Мы снова вернулись в дом к тому человеку. Виталий Николаевич налил ему чай и поставил на стул перед диваном теплую еду. Социальный работник к поездке в Выбити был готов, привез не только еду, но и большую сумку теплой одежды. Озадачен был лишь одним: в Выбитях нужно найти человека, который бы носил ему еду. В Сольцах договорились, что будут передавать для него порцию вместе с обедами школьников. Люди, которые нам встретились во время нашего приезда, делать это отказались. Сославшись на то, что всем он и так надоел, и помогать ему никто не хочет.
В общем, никому до этого умирающего старика дела не было. Пока не произошел с ним «счастливый случай» - за кражу продуктов из холодильника жительницы поселка он был условно осужден и попал на учет в федеральную службу исполнения наказаний.
- Одна из основных задач нашего учреждения – социализация осужденных, - говорит начальник филиала Вера Савченко, - мы проверяем, в каких условиях проживает человек, который по решению суда должен у нас регулярно отмечаться. И так как осужденный Ершов не являлся к нам на отметку, мы приехали к нему с проверкой. То, что мы увидели, повергло нас в шок. Это был не человек, а немощное тело. В один из своих визитов мы вызвали «скорую помощь», но они отказались госпитализировать его в больницу, ссылаясь на отсутствие социальных коек. В администрации Выбитского поселения также ответили, что сделали для него все, что могли.
В судьбе Сергея Ершова не всегда все было плохо. Родился он в порядочной семье, имел хорошую работу. Трудился токарем в одном из хозяйств, а когда колхоз развалился и он лишился работы, стал злоупотреблять алкоголем. Долгое время жил на содержании матери, а когда женщина умерла, начал попрошайничать.
По рассказам односельчан, есть у него и дочь, и сестра, и племянник, но, ни с кем из родственников связи он не поддерживает. Желания помочь ни у кого из них нет, так как он, в свое время, вычеркнул их из жизни. Так и скитался он по деревне, мозоля глаза соседям. То кочан капусты срежет на чужом огороде, то картошки выкопает. Сам ни трудиться, ни огородом заниматься желания не имел. Особенно любил он стоять с протянутой рукой у магазина, там вместе с мелочью перепадали ему и недокуренные хабарики, и опивки алкоголя. На этом месте в сентябре его избили. С закрытой черепно-мозговой травмой из Солецкой ЦРБ попал он в новгородскую больницу.
-Оттуда он приехал уже без документов, - говорит Юлия Тимофеева, - на вопрос, каким он образом добрался до Выбитей, ответил, что ехал автостопом. С тех пор и лежит один в доме. Сил после травмы у него не осталось. В таких условиях он просто не выживет.
В администрации Выбитского сельского поселения, где мы оставили одежду для Ершова с просьбой все-таки найти кого-нибудь, кто мог бы его переодеть, нам пообещали, что и вопрос с передачей для него теплой еды будет решен.
-В прошлом году мы отправили его в христианский приют, - говорит заместитель главы администрации Выбитского поселения Лидия Михайлова, - он там зиму прожил, а весной сбежал. Приехал, говорит, мол, что мне там на кого-то работать. У меня свой дом в деревне. В общем, измучил всех людей. Поэтому ему помогать уже никто не хочет. Мы написали ходатайство в Центр социальной адаптации об определении его в приют. За ним уход нужен. Да и как посреди зимы оставить его в доме с неисправной печью? В любом случае он замерзнет.
На этом разговоре и закончился наш визит в деревню Выбити к умирающему старику Сергею Ершову. По возрастным меркам он вовсе не старик и даже не пенсионер, ему 58 лет. Но поразило в этой истории другое. То, что этот человек оказался в прямом смысле счастливчиком. В каждой деревне умирает не по одному такому старику, но этого никто не замечает. Прежде всего, потому, что и для них самих своя собственная жизнь перестала быть заметной.
P.S. Материал был сдан в печать, когда мне позвонила Вера Савченко и поделилась хорошим известием. Ершова осмотрел врач-нарколог Наталья Потоцкая. Мужчине выписано направление в терапевтическое отделение, где он пройдет обследование для дальнейшего его определения в областное учреждение «Центр социальной адаптации».
Татьяна ИЛЬИНА
Фото автора
Опубликовано в газете от 11 декабря
