В утренней свежей прохладе воскресного дня над нашим городом, согретым лучами восходящего солнца, раздаётся колокольный звон... Необъяснимой и таинственной силой он притягивает к себе внимание всех, кто улавливает его в воздухе, завораживает своими чудесными и таинственными переливами. Разливается по сердцу таким далёким, ярким и пронзительным перезвоном, что на душе сразу становится светло и радостно. Настоящее чудо в этой первозданной музыке, в этом щемящем звуке!
С колокольни Ильинского собора колокольный звон звучит по-разному, ведь у каждого звонаря, как и у каждого колокола, — свой почерк, своё звучание, своя манера.
Звонарь — это профессия или призвание?
Звонари Ильинского собора оказались людьми не просто скромными, а очень скромными: «Мы же непрофессионалы, самоучки», — отказывались они говорить о своём служении.
— Есть специальные училища для звонарей?
— Конечно, люди обучаются звонарскому искусству. Мы один раз попали (можно сказать, случайно) на конкурс звонарей в Валдае, получили поощрение за участие.
— Правда ли, что звонари, как говорят, не болеют простудными заболеваниями, ведь колокольный звон очищает пространство?
— Неправда, болеем.
Всего звонарей трое, застать по окончании службы мне удалось только двоих.
Андрей Андреев впервые поднялся на колокольню в 2000 году, ещё по приставным лестницам, и с тех пор она стала для него местом отдыха души.
— Здесь был звонарь Георгий, вот у него я многому научился, — рассказывает Андрей Александрович. — А если честно признаться, ничего у нас не получалось до 2003 года, до летнего Николая Чудотворца. А помолились мы тогда святому угоднику — и пошла у нас работа, полился колокольный звон над Сольцами.
Впервые колокола появились в храме, потому что людей надо было каким-то образом созывать на богослужение. Именно благодаря этому появился колокольный звон, который получил название благовест.
Ведь существуют разновидности колокольного звона: благовест и обычный.
Благовест тоже бывает двух видов: обыкновенный (или частый) и постный (или редкий).
Обычный колокольный звон делится на: трезвон (этот колокольный звон считается праздничным, ликующим), двузвон, перезвон (этот тип колокольного звона используют перед особо важными богослужениями, подчеркивая их значимость), перебор (погребальный звон, который выражает всю скорбь человеческой кончины, символизирует окончание нашей земной жизни).
— А говорите, не умеете звонить!
— Георгий мне прислал «Звонарский устав», я его изучаю. Классический звон, которым мы звоним, звучит на всех колокольнях России.
Колокола на колокольне Ильинского собора разные: некоторые уже треснули, тот колокол, который мы используем для благовеста (самый большой на нашей колокольне), на самом деле по тональности не подходит, нужен колокол больше по размеру.
Пару лет назад звонницу собора значительно модернизировали. Благодаря усилиям Александра Михайловича Василенко добавили колокола, усовершенствовали механизмы. Сегодня я, можно сказать, случайно оказался звонарём: с тех пор как уехал работать в Великий Новгород, очень редко удаётся побывать в Ильинском соборе, подняться на колокольню, отдохнуть душой, звоня в колокола. Скучаю по звоннице.
Андрей Андреев — медицинский работник, а Сергей Мещанинов — электрик.
— На той встрече звонарей, — рассказывает настоятель Ильинского собора отец Михаил, — где, как они считают, оказались случайно, Сергей познакомился со своей будущей женой, теперь и она прихожанка нашего храма.
Хорошо мне здесь!
Георгия Болховского мне посчастливилось застать на колокольне Ильинского собора в праздник Успения Пресвятой Богородицы. Сам он живёт под Санкт-Петербургом, в городе Всеволожске, а в Солецкий район приезжает в Сосновку на дачу. Он профессиональный звонарь.
— В Санкт Петербурге при храме Владимирской иконы Божией Матери есть школа колокольного звона, там я постигал это искусство. Старший звонарь собора Владимир Степанович Кайчук — член Ассоциации колокольного искусства России, он многому меня научил, — рассказывает Георгий Станиславович. — Во Всеволожске я служу при Троицком храме, бывает, и в другие храмы приглашают звонить. К Ильинскому собору я несколько лет назад «прибился», и когда приезжаю, звоню.
— Как вы решили стать звонарём?
— Колокольный звон всегда меня привлекал, можно сказать, вдохновлял, тревожил — как любого русского человека. Я ведь профессиональный музыкант, саксофонист, гитарист. Выступал в коллективе, достаточно известном и в Санкт Петербурге, и в России. Встретился мне на пути батюшка и сказал: «Беги отсюда!». Я тогда ушёл из коллектива, и правильно сделал. Сейчас выступаю сольно. Воцерковился я лет 10 тому назад, жалею, что поздно, — раньше надо было это сделать. Сейчас только мозги встали на место, тут ведь только хорошему учишься.
— Говорят, что звонари не болеют?
— Я тоже слышал это. На молекулярном уровне, говорят, колокольный звон действует. Меня родители неплохим здоровьем одарили, а может быть, и колокольный звон помогает.
Сначала читается специальная молитва пред началом колокольного звона. Первые три удара — во имя Отца, Сына и Святого Духа, следующие двенадцать ударов — во имя апостолов, потом идёт перезвон.
Каждый колокол имеет свой тон. Скорбное, радостное или будничное звучание, каждый раз звонарь может по-разному звонить в один и тот же колокол, хотя колокола не настраиваются, как рояль. Тем не менее они остаются полноценными музыкальными инструментами, именно благодаря им рождается колокольный звон.
Ольга КАРПОВА
Фото автора
***
Современные отечественные физики А. Охатрин и В. Искаков, изучив характеристики звуковых волн, исходящих от колоколов, и их воздействие на окружающее пространство, пришли к интересному выводу. Учёные обнаружили, что звуки колокола возбуждают микролептоны — сверхлёгкие частицы, которые своими размерами уступают даже атомам и окружают любой организм или предмет. Возникающие при этом микроэлектронные поля удаляют вредные для здоровья изотопы, оказывая на организм человека исцеляющее и омолаживающее воздействие. Вот почему во время эпидемий на протяжении многих веков в Европе и на Руси целыми днями звонили во все колокола. Причем низкие тона колоколов влияют на человека более благоприятно, чем высокие, поэтому на Руси любили отливать колокола весом в сотни, а иногда и тысячи пудов.
